— А если они вели какую-то глупую игру, — задумчиво начал Верден, — или, к примеру, девушка оказалась вытолкнутой на дорогу… О, понимаю, это фантастическое предположение, но разве не мелькает что-то подобное и у вас? Если ее вытолкнули из машины, и Хаттон в это время как раз поднялся на вершину холма и стал свидетелем того, как это происходило. Я имею в виду, что выталкивавший мог увидеть Хаттона первым. У него грузовик большого размера и фургон очень высокий. И если бы кто-то здесь стоял, то он бы увидел поднявшийся на гребень грузовик на несколько секунд раньше, чем водитель грузовика этого человека… Смотрите, вот как раз проезжает грузовик.
Уэксфорд повернулся в ту сторону, где дорога поднималась на холм. На гребне сначала показалась крыша грузовика, и вроде бы прошло несколько секунд, прежде чем появилась кабина.
— Уже было темно, — возразил главный инспектор.
— Любой стоявший там, где мы сейчас, мог увидеть свет фар грузовика в ту же самую секунду, как водитель увидел его.
Одна и та же мысль одновременно пришла обоим, и они, не сговариваясь, направились к вершине холма. Под ними лежала половина Суссекса с просторными лугами, зелеными и золотистыми, с бледно-голубыми тенями лесов, в складках между ними виднелись долины фермеров, и кое-где подпирали небо острые шпили церквей. И по этому пасторальному ландшафту двумя широкими белыми лентами проходила дорога, то поднимавшаяся на холмы, то падавшая в ложбины, а порой полностью сливавшаяся с выпуклой зеленой землей.
Не больше чем в двадцати ярдах от гребня шоссе с движением в южном направлении расширялось, и там, на стоянке для отдыха, теперь виднелись две машины, пассажиры которых завтракали на воздухе.
— Вероятно, он здесь остановился на несколько минут, — сказал Верден, — и немножко прошелся… для естественных надобностей или просто, чтобы подышать воздухом. Ведь он еще плохо себя чувствовал.
— Здесь все дышит добротой, и только человек — мешок с подлостью, — глядя вдаль неожиданно заключил Уэксфорд.
Рядом с огромным американским лимузином с косыми плавниками крыльев все другие машины на стоянке отеля казались карликами. Проходя вместе с Верденом по двору «Оливы и голубя», Уэксфорд мысленно отметил, что при ближайшем осмотре лимузин оказался новым и неухоженным.
— Напоминает одно из доисторических чудовищ, — усмехнулся Уэксфорд. — Мышц много, а мозгов нет.
— И при этом когда-то считался великим.
— Так говорят о динозаврах.
Они заняли столик в салоне бара. В дальнем углу в кожаном кресле сидела Нора Фэншоу рядом со светловолосым гигантом с маленькой головой, скучным выражением лица и плечами широкими, как у Мистера Вселенная. Еще один динозавр, подумал Уэксфорд и догадался, что это и есть владелец лимузина.
— Мы постоянно встречаемся с вами, мисс Фэншоу.
— Это вы постоянно встречаетесь со мной, — сухо отрезала она. Нора Фэншоу была в одном из своих прекрасно скроенных и отлично сшитых костюмов, на этот раз в темно-синем, делового покроя, выглядевшем словно униформа. — Это Майкл Джеймсон. Может быть, помните, я говорила вам о нем. Мы как раз собирались уезжать, — сказала Нора Фэншоу. Ее строгий, почти мужской голос немного смягчился: — Ты готов, Майкл?
И вдруг она превратилась в беззащитную женщину. Уэксфорду был хорошо знаком этот жалобный, умоляющий взгляд. Он видел его и раньше в глазах некрасивых женщин. В этом взгляде мольба и страх, что их отвергнут, и тогда они лишатся уверенности и станут еще некрасивее.
Джеймсон лениво и неохотно поднялся и подмигнул Уэксфорду. И это подмигивание было красноречивее слов.
— Вы хотите навестить свою мать, мисс Фэншоу?
Девушка кивнула, а Джеймсон добавил:
— Старушка держит ее на коротком поводке.
— Пойдем, Майкл. — Она взяла его за руку и крепко держала. Уэксфорд проводил их взглядом, ругая себя за то, что его огорчила эта сцена. Девушка была резкой, неприветливой, неженственной, но она была исключительно честной и полностью лишена таланта обмана. Уэксфорд ни минуты не сомневался, что она знает — этот парень по интеллекту, по честности, по характеру не стоит ее мизинца. Но у него приятная внешность, а у нее деньги.
— Я хочу, чтобы вы сосредоточились. Не говорите, что это было давно и вам трудно вспомнить. Это было всего семь недель назад. Вы сами удивитесь своей памяти, если только попытаетесь вспомнить.
