— Светлана Даниловна, — резко меняя тон, улыбнулся Прижогин. — Зачем нам адвокат? Во-первых, я гарантирую — все, что вы мне расскажете, останется между нами — никаких протоколов вести не будем. Во-вторых, у нас не допрос, а беседа. В-третьих, я вижу, как вас что-то гнетет. Я понимаю, что вы разучились доверять сотрудникам органов, поэтому первым сделаю откровенное признание — я веду служебное расследование противоправных действий старшего лейтенанта Швабрина, и мне нужны данные, которые позволили бы уволить его из органов и отдать под суд.
— А — радостно воскликнула Светлана. — Так это вы не из-за «крутого» меня вызвали, а из-за ментов!
— Именно так.
— И вы хотите посадить Швабру…
— Да.
— А как насчет его друга — этого проклятого азиата?
— Все будет зависеть от результатов моего расследования.
— Ха, как бы не так! А вы знаете, что тот же Швабра изувечил одного молодого пацана, прострелив ему обе ноги? Об этом даже по телику показывали.
— Да, знаю. Ну и что вы этим хотите сказать?
— А то, что у вас ни хрена не выйдет. Дайте сигаретку, если не жалко, я действительно решила бросить и своих не имею.
— Пожалуйста, — и Леонид Иванович с готовностью дал женщине прикурить. — Но почему вы так уверены, что у меня ничего не выйдет?
— Да потому, что их всех прикроют ваши же начальники. Позвонят вам и прикажут прекратить расследование, а вы — под козырек: «Так точно, товарищ генерал», — и Светлана порывисто поднесла руку к виску, демонстрируя служебное рвение Леонида Ивановича. — Что, скажете, не так?
— И вы даже знаете, кто их прикрывает? — хмыкнув, осторожно поинтересовался Прижогин, впрочем, без особой надежды на ответ.
— Ну, на самом верху, конечно, не знаю, — выдохнула женщина, — но одного такого деятеля сама видела. Они же меня к нему и привозили.
— Зачем?
— А то вы не догадываетесь! — насмешливо прищурилась Светлана.
— Предположим, догадываюсь… И кто же это?
— Полковник Зубатов, слышали такую фамилию?
— Слышал, — кивнул Прижогин, мгновенно вспоминая скандал, связанный с жестокими издевательствами над задержанными. В отделении, которое в свое время возглавлял Зубатов, одному из задержанных студентов, добиваясь от него признания в несовершенном преступлении, наполовину спилили напильником передний зуб. У Леонида Ивановича был приятель в отделе внутренних расследований, поэтому он знал это дело во всех подробностях. Кстати, сидевшая перед ним женщина права — действительно, после этого скандала полковник пошел не под суд, а на повышение. — И вы хотите сказать, что совершили с ним вынужденный половой акт?
— И прямо в его кабинете! — невозмутимо кивнула женщина. — В обычной и извращенной, как вы это называете, форме, если вас интересуют такие подробности. Причем совершенно бесплатно.
— Гм! Ну ладно, давайте вернемся к тому делу, ради которого я вас вызвал. Вы пришли в тот ресторан одна?
— С подругой.
— И там вы познакомились с Дмитрием Алексеевичем Космо-вым, по кличке Комса?
— Да.
— Что было дальше?
— Ничего особенного — танцевали, пили, договаривались о цене.
— А потом в ресторан вошли Швабрин и Тулембеев, так? Почему они подошли к вам и затеяли ссору?
— Эх, Леонид Иванович, да что мы ходим вокруг да около! — с досадой заявила собеседница. — Хотите, я вам все как на духу выложу?
— Давно хочу, — улыбнулся Прижогин.
— Но вы обещаете, что мне ничего за это не будет?
— Если только вы не совершили тяжкого уголовного преступления.
— А если меня вынудили эти гады? Если они меня использовали как подставу и угрожали убить, если откажусь?
— Вы рассказывайте, — мягко предложил Прижогин. — А по ходу вашего рассказа мы во всем разберемся.
— Ладно, хрен с этим совсем, так они меня уже достали, что сил моих больше нет! — яростно заявила путана, вытаскивая из пачки Прижогина еще одну сигарету. — Я с ними уже полгода как знакома…
— А как познакомились?
— Стояли с двумя подругами у метро — ну, собирались ехать по вызову, — вдруг подкатывает милицейская тачка, вылезает оттуда Швабра с азиатом и требуют предъявить документы. У меня-то паспорт был, а две мои подруги вообще не местные, живут без прописки. Тогда они загнали нас в машину и повезли, но не в отделение, а за город. Привезли на какую-то базу отдыха, где в одном из коттеджей сидели и квасили еще трое ментов. Ну, они нас тоже напоили и все по очереди… Два дня не выпускали, гады, и даже домой позвонить не давали. А потом выгнали и даже до станции не подвезли — сами, говорят, добирайтесь. Но самое хреновое — это то, что я им паспорт показала! Они адрес-то запомнили и с тех пор стали наведываться. Сколько я нервов с ними потеряла!
— А дальше?
