Из дальнейшего разговора Прижогин вскоре понял, в чем дело. К одной из подруг — этой самой заплаканной Ольге — явился ее прежний ухажер, недавно демобилизовавшийся из армии. Вызвав ее в коридор прямо с занятий, он тут же, на лестничной площадке принялся выяснять отношения. Вскоре на его пьяный мат и вопли избиваемой девушки сбежались преподавательницы и попытались угомонить бывшего пехотинца. Когда это не получилось, они сбегали за единственным, не считая старого хирурга, мужчиной — преподавателем физкультуры. Однако отставной вояка избил и его, ретировавшись лишь после того, как директриса побежала в кабинет вызывать милицию. На какой-то момент Прижогин вдруг испытал странное чувство — нечто вроде зависти к этой глупой, незатейливой, но зато такой симпатичной и свежей юности. Черт возьми! — сам он женился сразу после прихода из армии и даже не успел, что называется, «погулять». А ведь есть какая-то прелесть во всех этих детских трагедиях — напиться и пойти выяснять отношения с предметом своих армейских поллюций — длинноногой и симпатичной девчонке в такой короткой, соблазнительной юбочке…
Блондинка, которой уже явно надоело успокаивать подругу, бросила быстрый взгляд на сидевших напротив мужчин, после чего прыснула и, наклонившись к подругам, стала им что-то быстро говорить, кивая на Мишука. Тот понял, что его узнали, смутился и умоляюще взглянул на следователя, словно прося защитить его мужское достоинство. Прижогин встал и медленно подошел к девушкам, которые тут же затихли.
— Следователь 42-го отделения милиции Прижогин, — представился он, показывая им свое удостоверение. — Вам знаком этот гражданин? — и он кивнул в сторону одинокого Мишука.
— А чего мы такого сделали? — первой отозвалась блондинка.
— Уж и покурить нельзя?
— Я бы хотел задать вам несколько вопросов, — невозмутимо отвечал следователь, присаживаясь сбоку от девиц. — Вы знаете о том, что неделю назад в вашем районе было совершено убийство?
Уже по одному их испуганному виду Прижогин понял, что не зря так долго дожидался этой встречи.
— А мы чего? Мы никого не видели… — после легкого замешательства заговорила все та же блондинка, стараясь держаться уверенно. — Ну да, у нас в училище говорили, что зарезали какую-то подругу…
— Вон тот гражданин, — и следователь вновь указал на Мишука, — дал показания, что в момент убийства видел вас в том районе.
— Да этот козел… — начала было блондинка, потом запнулась и погрозила Мишуку кулаком. — Чего вы ему верите, товарищ следователь, он же не просыхает целыми днями…
— А вам знаком Андрей Николаевич Веселов? — Прижогин решил идти напролом, подумав, что грош ему будет цена, если он не сумеет выбить нужные показания из этих соплячек.
С блондинки мгновенно слетела всякая уверенность, и она даже попятилась, зайдя за лавку с другой стороны.
— Ну так что? — терпеливо повторил Прижогин, переводя внимательный взгляд с одной смущенной мордашки на другую.
— Да, мы его знаем, — словно бы решившись, твердо ответила маленькая шатенка, а когда блондинка шикнула на нее, выразительно повертев пальцем у виска, добавила: — Чего ты, Машка, нам скрывать нечего.
— Эго хорошо, — ласково поддакнул следователь. — Ну тогда расскажите, что вы делали возле его дома двадцать шестого августа приблизительно в десять часов вечера?
— Гуляли…
— В кустах?
— Почему в кустах, — вдруг вмешалась Ольга. — Мы гуляли возле метро, а потом решили зайти к Андрею, но его не было дома, вот и все.
— Значит, вы могли видеть потерпевшую, поскольку именно в это время она также заходила к вашему знакомому.
— Ну, что я вам говорила! — почти обрадованно воскликнула блондинка.
— Что? — тут же переспросил Прижогин.
— Ну это, понимаете… я звонила ему от метро, сказала, что мы сейчас придем в гости, а он… ну это, он сказал, что ему некогда, и повесил трубку. Я же говорила, что он ждет телку! — решительно добавила она, обращаясь к подругам.
— Как он себя при этом вел?
— Ну, как вел? — блондинка переглянулась с подругами. — Я не понимаю…
— Был спокоен или нервничал? Может быть, что-нибудь необычное, чего вы за ним раньше на замечали?
— Маша! — укоризненно воскликнула шатенка.
— Что Маша? — огрызнулась блондинка. — Двадцать лет все Маша… Нервничал он, товарищ следователь, нервничал. Я же говорю — трубку повесил.
— Хорошо, — Прижогин не торопясь закурил. — А что было потом? Вы все равно решили пойти к нему?
Девчонки озлобленно и озабоченно переглядывались, но ни одна из них так и не решилась ответить.
— А вы понимаете, что вас тоже можно заподозрить? — с оте-чески-ласковой интонацией поинтересовался следователь. — Вы выпили, потом пришли к дому своего приятеля, увидели там эту девушку, втроем оттащили ее подальше и… — он выразительно чиркнул пальцем по горлу.
— Да вы что! — вразнобой заговорили они. — Мы никого не видели и никого не убивали… как вы могли такое подумать?
— Так-таки никого не видели? — следователь прищурился и сделал долгую паузу. — А вы знаете, что за дачу ложных показаний предусмотрена уголовная ответственность? А ведь вы все уже совершеннолетние и никаких скидок не будет.
