— Может, лучше посоветоваться с врачом… — нерешительно пробормотала я.
— А я кто? — обиделся он.
— Я имела в виду с врачом-ортопедом, — я решила сгладить ситуацию.
— Так эти таблетки мне дал мой друг, врач-ортопед. Я сейчас с ним советовался. Ну что, приезжать?
— Приезжайте, — сказала я, памятуя, что зануде легче отдаться, чем объяснить, почему тебе этого не хочется.
Не успела я положить трубку, в мою спальню влетела Дашка.
— Мам, я к Инге.
— Дарья, чтобы из дома ни на шаг!
— Ты чего? — оторопела она.
— Я лежу, может, придет кто. Ты дверь будешь открывать.
При этих словах в дверь позвонили.
— Ну вот, я же говорила!
Дарья поплелась открывать. На пороге стояла Анжелика.
— Проходите, — сказала моя дочь, — мама, ну теперь я могу пойти к Инге?
— Анжелика, как я рада тебя видеть! Садись, — я действительно обрадовалась. Мысль о том, что она лежит одна, в далекой больнице, без родственников, заставляла сжиматься мое сердце.
— Что с тобой? Почему ты лежишь? На тебя тоже напали?
— Нет, просто упала и растянула ногу. Ничего страшного.
И, обращаясь к дочери, я сказала:
— Иди, горе мое! Как-нибудь без тебя справлюсь.
Обрадованная Дарья тут же убежала, а я осталась с Анжеликой. Она сидела тихо, видимо ожидая от меня новостей. Рассказ о том, как мы с Денисом перекачивали информацию и как за нами гнались и стреляли, занял около получаса. Я колебалась, говорить ли ей, что владелец «Мицубиси-Галанта» появится сейчас перед нами, и решила, что не стоит. Невозможно предположить, как Анжелика в таком случае поведет себя.
В дверь позвонили.
— Открой, пожалуйста, — попросила я ее. Анжелика пошла к двери.
Большое трюмо, стоящее в спальне, позволяло мне видеть вход в квартиру. На пороге стоял Валентин. На его лице застыла улыбка, которая быстро слиняла, как только он увидел закутанную в черный платок мою приятельницу.
— А где Валерия? — он от неожиданности даже не поздоровался.
— Там, в спальне, — указала головой Анжелика.
Он зашел ко мне и вновь засиял:
— Лера, дорогая, как ты себя чувствуешь?
— Уважаемый доктор, если мы с вами перешли на «ты», то я не припомню, когда это мы пили на брудершафт? Или перевязка заменяет нам его?
— Прекрасно, — хохотнул он, — если есть чувство юмора, значит, дело идет на поправку. Все будет так, как вам удобно…
— Да ладно, — махнула я рукой, — на «ты», так на «ты». Кстати, познакомься, это моя подруга Анжелика, пришла меня навестить.
— Очень приятно, — равнодушно сказал Валентин. (Видимо, обольщение Анжелики не входило в его планы. Знал бы он, кто она такая.) — Можно, я закурю?
Что поделать, я ненавижу запах табака. Это мне причиняет неимоверные страдания. А так как характер у меня далеко не ангельский, я отважно бросаюсь на любого, кто смеет еще в нашей стране курить в закрытых помещениях. Денис не курит, мой бывший муж не курил тоже, поэтому просьбу закурить в своем доме я воспринимаю как наглое изнасилование моих органов обоняния. Если нельзя насиловать одни органы человеческого тела, то почему можно другие? Поэтому я спокойно ответила: «Нет». Валентин не ожидал такой реакции, он уже вытаскивал сигарету, но мне было абсолютно наплевать на его чувства, тем более что он напросился ко мне сам, и моя задача была немного вывести его из себя, чтобы он раскрыл свои истинные намерения.
— Ну что ж, — с деланной улыбкой он спрятал сигарету, — можно, я посмотрю ногу?
— Ты же доктор, Валентин, и знаешь, что ноге нужен покой. Оставь. Лучше поговорим о чем-нибудь другом.
— О чем? — спросил он.
— Ну не о работе же, в самом деле, — капризно заметила я.
— Ну почему не о работе? — возразил Валентин и посмотрел на Анжелику, словно ища у нее поддержки. Анжелика упорно молчала. — Мне очень нравится археология, и я бы хотел узнать побольше от людей, непосредственно занятых этой наукой.
— А что именно тебя интересует в археологии?
— Все! — убежденно сказал он. — Открытие новых цивилизаций, памятников старины, клады…
— Клады? — удивилась я. — Но поиск кладов — задача совсем не археологов, а авантюристов.
— Золото, лежащее в земле, всегда под оберегом, — вдруг внесла свою лепту Анжелика, — и горе тому, кто нарушит заклятье!
— Можно согласиться с вашими воззрениями, Анжелика, — кивнул Валентин, — но все эти обереги имеют материальную разгадку — ловушки или радиоактивную пыль. Вспомните заклятье фараонов — тот, кто нарушит покой гробниц — умрет.
— И нечего было туда лезть, — проворчала моя собеседница, — целее были бы.
— А как же развитие науки, цивилизации, в конце концов? Дать несметному богатству лежать мертвым грузом под землей? Скрытым от глаз людских? — он встал со стула и присел на край моей постели. — Да что я вам голову морочу — совсем забыл, зачем пришел.
Валентин вытащил из кармана упаковку лекарств:
— Вот, возьми. Прими одну сейчас, и сразу полегчает.
— Хорошо, принеси мне из кухни стакан воды.
Он пошел на кухню, а я вытащила одну таблетку и сунула ее Анжелике:
— Спрячь, я не хочу их глотать.
Валентин вернулся и протянул мне стакан. Я, делая вид, что таблетка уже у меня во рту, выпила глоток и откинулась на подушки.
