— Это отделение открыли совсем недавно, и не все об этом знают.
— И чем вы там занимаетесь? Возвращаете людям молодость, пользуя их скипидарными ваннами?
— Ну, мы не боги… — деланно рассмеялся он. И тут же перевел разговор на другое. — Вы одна живете?
— С дочкой. Она через пару часов вернется из школы.
— Замечательно! Хотите чаю?
— Хочу.
Он пошел хлопотать на кухню, а я лежала и размышляла. В голове крутилось два вопроса: первый, как такой человечек с залысинами и животиком мог влюбить в себя девушку Сабрину? Может, полгода вынужденного воздержания сыграли свою роль? И второе: как он подойдет к интересующей его теме? А именно, когда начнет расспрашивать об Илье? Хотя как он догадается, что я имею к этому хоть какое-то отношение. В случайности я не верю. Может быть, он следил за мной, а мое падение только облегчило ему путь к знакомству?
— Пейте, Валерия, я заварил свежий.
— Спасибо, с удовольствием, — я взяла протянутую мне чашку.
Он сидел напротив меня, в кресле и, как мне казалось, совершенно не тяготился тем, что находится в чужом доме. На правой руке у него сверкал огромный до неприличия перстень, усеянный бриллиантиками (почти наверняка — фальшивыми), а мизинец оканчивался длинным ногтем. Я даже поругала себя: «Вот, Валерия, мерзкая ты все-таки баба. Неважно, исходя из каких мотивов тебя выручили, подвезли до дому, а ты лежишь тут и критикуешь. Нехорошо…»
— Чем вы занимаетесь, Лера? — спросил Валентин.
— Археологическими раскопками, — неожиданно для самой себя ответила я.
— Да что вы говорите? — встрепенулся он и даже отложил свою чашку. — И где?
— Здесь, в Ашкелоне. То есть не копаю — этим занимаются другие, а обрабатываю находки, каталогизирую их, составляю отчеты.
— О, как интересно! — воскликнул он. — Я всю жизнь мечтал участвовать в раскопках!
— А что тут мечтать? — удивилась я. — Приходите в Национальный парк, присоединяйтесь к группе и копайте на здоровье. Им люди нужны.
Это предложение не вызвало энтузиазма у моего собеседника. Тем более что открылась дверь и в квартиру вошла Дарья.
— Привет, мам, — сказала она и бросила рюкзак, — ты чего лежишь?
— Ну ладно, мне пора, — Валентин поднялся и направился к выходу. — Я позвоню, если вы не возражаете.
— Спасибо вам за все. Очень признательна, — сказала я и протянула ему бумажку с номером телефона.
— Мам, кто это? — спросила Дашка, когда за доктором от бальнеологии закрылась дверь.
— Фантом… — глубокомысленно ответила я.
Дашка хмыкнула и пошла к компьютеру.
Моя дочь стала бурчать, когда обнаружила, что в ее драгоценном компьютере заполнен практически весь жесткий диск.
— Мама, что это такое? — возмущенно заорала она, стуча по клавишам. — Я не могу инсталлировать «Цивилизацию»!
— Кто тебе сказал, что это только твой компьютер, узурпаторша? — решила я пойти в контрнаступление. — Мне понадобилось место в памяти, вот я и взяла.
— Но не столько же! Откуда?! Ты что, мамуля, из Интернета неделю качала?
— Это ты мне сейчас права качаешь, а мне надо для работы. Здесь программа интересная, «Шампольон». Не вздумай стереть! А вместо того чтобы на мать бочку катить, лучше бы картинки свои удалила. Сотня картинок — глядишь, и для «Цивилизации» место найдется. И вообще — у меня нога болит, мне отдых требуется, а ты меня с постели поднимаешь.
— Мам, ну все-таки, кто это был? — Дарья перевела разговор на другое.
— Доктор один. Помог мне до дому добраться и ногу перевязал.
— A-а, понятно. А зачем ты его фантомом обозвала?
— Он, как фантом, материализовался в нужном месте, в нужное время.
— Повезло тебе, — внесла ясность моя дочь и пошла чистить компьютер.
Меня не отпускала одна мысль. То есть как говорила в детстве Дашка: «У меня есть мысль, и я ее думаю». Случайно ли оказался Валентин около меня, растянувшейся на тротуаре, или все-таки следил? А если следил, то откуда узнал? И кто его послал? Что ему нужно? И правильно ли я ляпнула, что работаю в археологии? Сама себя подставила в роли живца, а теперь — в кусты.
Бездеятельность не отвечает моей натуре. Поэтому я набрала телефон справочной и попросила коммутатор больницы «Барзилай».
— Алло, «Барзилай»? Дайте мне бальнеологическое отделение.
— У нас нет такого…
Меня же предупреждала Сабрина.
— Тогда отдел кадров.
Но в отделе кадров мне отказались предоставить информацию. Придется обращаться к Михаэлю и все ему выкладывать. Можно, конечно, позвонить по телефону, так как ходить или вести машину мне не под силу, но я все-таки надеялась, что смогу распутать этот клубок своими силами и предоставить Борнштейну на блюдечке готовые результаты. В общем, меня обуяла гордыня.
Телефон зазвонил, когда я спала.
— Мам, тебя! — закричала Дарья.
— Кто?
— Фантом… — прыснула она.
— Добрый вечер, Валерия, — услышала я в трубке приятный баритон. — Как ваша прелестная ножка?
— Изменила цвет. У нее чудный синюшный оттенок.
— Так и должно быть, — успокоил он меня. — А я хочу принести вам таблетки.
— От ноги?
— Ну конечно! Называются «Пойнт». Рассасывают воспаление при растяжении связок и уменьшают боль. Вы сейчас не заняты? Таблетки надо принимать три раза в день.
