Вначале я не могла понять, что произошло. Словно темная туча надвинулась на нас. В воздухе послышалось хлопанье крыльев, резкие крики, и на пруд с неба опустилась огромная стая пеликанов. Здоровенные птицы набросились на рыбу, а заодно и на бандитов, видимо посчитав их соперниками. Шестеро мужчин отбивались от птиц, как могли, но оказалось, что четверо других не упали в воду и, обогнув пруд сзади, напали на нас.
Мы с Анжеликой дрались, как могли — кусали их, царапали, но все было напрасно. Один из них, самый удачливый, обшарил сумку, нашел цисту и радостно завопил по-русски: «Вот она!»
Вдалеке послышались выстрелы, но по звуку они весьма отличались от сухих пистолетных щелчков.
— Ребята, бежим! — закричал один из бандитов. И те, кто смог отбиться от пеликанов, бросились наутек.
К пруду подбегали кибуцники. Они стреляли из духовых ружей, чтобы отпугнуть пеликанов. Их было не менее двадцати.
— Спасите! На нас напали бандиты! — закричала я на иврите, уверенная на девяносто девять процентов, что наши преследователи не понимают иврита.
Кибуцники быстро сориентировались, часть из них продолжала гонять пеликанов, а другие, достав пистолеты, держали под прицелом бандитов. Иногда можно порадоваться, что в нашей стране умеют пользоваться огнестрельным оружием.
— Поднять руки и выходить по одному! — приказал один из кибуцников. Мокрые и злые бандиты стали выбираться из пруда. С поднятыми руками подниматься по скользкому берегу было ох как непросто.
Заревел мотор, и по шоссе рванула от нас темно-синяя «Вольво». Один все-таки успел удрать и прихватить с собой нашу цисту.
Среди бандитов я увидела знакомое лицо. Валентин, мокрый и весь облепленный тиной, судорожно отводил от меня взгляд.
Вскоре приехала полиция. Бандитов погрузили и увезли, а нас с Анжеликой пригласили проехаться до ближайшего отделения. Я только попросила разрешения прежде достать из машины свои документы.
Я уже не раз повторяла, что являюсь убежденной материалисткой, что совершенно не модно в наше время. Если уж не верят в Бога, то верят в разную чертовщину, вроде астральных тел и кармических проклятий. До меня не доходит ничего. Видимо, Тельцы обладают толстой шкурой и твердо стоят на земле всеми четырьмя копытами. Кстати, в астрологию я тоже не верю. Просто употребляю ее так, для красного словца.
Но эти пеликаны тронули меня до глубины души. Откуда они свалились на нашу голову и приняли интенсивное участие в спасении двух девиц из лап бандитов? Нас-то не клюнул ни один пеликан!
— Простите, — обратилась я к кибуцникам, сидящим сзади нас с Анжеликой и оживленно обсуждавшим происшествие. Кстати, проклятья, вырывавшиеся из их уст, типа «эти гады и паразиты», как я с изумлением отметила, относились не к бандитам, а именно к нашим спасителям — пеликанам, — откуда тут взялись эти птицы да еще в таком количестве?
— Это наши кибуцные пруды! — сказал мне в запале спора один из кибуцников. — Ты знаешь, сколько миллионов и труда вбухано в них?
— Представляю… — осторожно ответила я, боясь, что он сейчас на меня нападет.
— Мы учли все: размеры прудов, обеспечение кислородом, мальков из Бельгии привезли! На Песах нашим карпам цены нет!
— А что же вы не приняли в расчет? — поинтересовалась я.
— То, что линия миграции этих паразитов в Африку и обратно проходит точно над нашими прудами! Вот возьми соседний кибуц, — он махнул рукой в сторону, — их пруды расположены в километре отсюда, а ведь на них пеликаны не нападают! Им только наших карпов подавай! Вот и бегаем дважды в год, в сентябре и в марте, гоняем крылатых воров. А пользоваться можно только пугачами — эти бестии в Красную книгу занесены…
Нимало не сожалея, что предметом столь пристального внимания кибуцников оказались не мы с Анжеликой, а пеликаны (ведь в конце концов, все вышло так, как надо), я успокоилась. Божественное вмешательство вновь было объяснено вполне материальными причинами. Вот только очень уж вовремя…
В полиции мы задержались недолго — дали показания, что за нами гнались какие-то люди, зачем, неизвестно, и нас отпустили домой в Ашкелон, наказав не слишком удаляться от дома, так как мы еще можем понадобиться.
Домой я попала к десяти часам, вся уставшая и вымазанная грязью. Дверь открыл Денис. Из-за его плеча выглядывала Дарья.
— Мамуля, где это ты так изгваздалась? — спросила она.
Без сил опустившись на диван, куда расторопный Денис успел постелить старое полотенце, я пробормотала:
— На нас напали пеликаны. Сначала сомы, а потом пеликаны.
Денис потрогал мой лоб:
— Бредит она, что ли? Ты в зоопарк «Сафари» ездила?
— А что на тебе за платок? — Дашка была неугомонна.
Когда я стянула платок с головы, Дашка ахнула, а Денис присвистнул:
— Это тебе пеликан столько волос оттяпал?
С трудом поднявшись, я подошла к зеркалу. Ну что сказать: вид у меня был, как у Чебурашки, которому оторвали одно ухо. Даже кожа на виске просвечивала. Ну Анжелика! Постаралась…
— Завтра пойду к парикмахеру, — постаралась я сказать как можно беспечнее, — мне эта грива надоела. Кстати, короткая стрижка молодит…
