— Дов Ливни, — хмуро ответил Розовски. — Бывший подельник Фельдмана и Цедека, в архиве должны быть его данные. Убийца рабби Элиэзера и Пеле. И еще — Йоэля Хаскина.
— А как здесь оказался ты? — спросил инспектор.
— Я назначил встречу Игалю Хаскину, — нехотя сказал Натаниэль. — Мне нужно было задать ему несколько вопросов. Для полного прояснения всей картины. Видимо, в момент моего разговора с Юдит Хаскин Ливни находился рядом. Это легко выяснить.
— Сейчас выясним, — инспектор поднялся. — Я велю доставить сюда Игаля Хаскина. Сможешь задать ему свои вопросы.
Розовски махнул рукой.
— Оставь парня в покое, это уже не имеет значения. Мало того, что в течение нескольких месяцев он потерял отца и отчима, каково ему будет узнать, что обоих на тот свет отправил его же собственный дядя?
До инспектора не сразу дошел смысл сказанного.
— Ты хочешь сказать, что Йоэль Хаскин ему не родной отец?
— Его отец — Даниэль Цедек. Пеле. Игаль родился через три месяца после свадьбы Юдит и Йоэля и через пять месяцев после их знакомства. А до того она была девушкой Пеле, они собирались пожениться… — Розовски похлопал себя по карманам. — Черт, я забыл не только выключить лампу и телевизор… У тебя закурить есть?
Инспектор Алон протянул ему пачку «Тайма». Розовски потянулся к сигаретам. Рука дрожала. Он усмехнулся, потом нахмурился.
— Знаешь, чего я испугался в последний момент, когда в комнате погас свет? Я испугался наткнуться еще на один труп.
— Зато ты его сам сотворил, — буркнул инспектор, поднося приятелю зажигалку. — Не знаю, как и объясняться с начальством. Сам придешь и все напишешь. Завтра.
— Послезавтра, — поправил Натаниэль. — Завтра я буду спать… — Он с наслаждением затянулся сигаретой.
— Ладно, — согласился инспектор. — Пусть послезавтра. Послезавтра ты мне объяснишь все в деталях. А пока объясни хотя бы одно: с чего ты взял, что именно Ливни убил Хаскина? И главное — за что?
— «Фелиция», — произнес Розовски. — Все дело в «Фелиции»… — Он помолчал немного, собираясь с мыслями. — Видишь ли эта история началась восемнадцать лет назад. Ты, возможно, помнишь мошенничество, которое провернули три афериста с кредитом от «Мигдалей-кесеф»? Арье Фельдман, Даниэль Цедек и Дов Ливни провернули блестящую аферу. Блестящую, во-первых, потому что с точки зрения закона она была абсолютно легитимна, во-вторых — потому что принесла этим людям шестьсот тысяч долларов кредита, превратившегося в отступные. Лучшие юристы банка «Мигдалей-кесеф» в братском сотрудничестве с коллегами из других банков пытались выстроить обвинение, но у них ничего не получилось. Итак, трое соучастников получили полмиллиона долларов. Несколько раньше они зарегистрировали посредническую контору, на счет которой и перевели деньги, полученные в кредит. Затем на счет другой компании — брокерской конторы — ушли деньги из первой, якобы для вложения в акции. После чего посредническая фирма немедленно исчезла. Арье Фельдман, с которым я беседовал неделю назад, изъял свою долю из общей кассы. Просто хотел поскорее почувствовать себя богатым. Вскоре после этого Даниэль Цедек, по кличке Пеле, совершенно по-глупому попадает в полицейскую облаву и получает свои два года за хранение и сбыт наркотиков. При этом он подозревает, что его арест был подстроен Арье Фельдманом с целью захватить остальные деньги, чуть не убивает последнего в тюрьме на свидании, когда тот сообщил о пропаже компании. В действительности же его подставил человек, которому он доверял гораздо больше, чем Арье, — Дов Ливни. А ведь Цедек считал его почти родственником — он ведь собирался жениться на сестре Дова Юдит! Так вот, посадив руками полиции Пеле, Ливни заставил сестру порвать с ним, после чего очень быстро ликвидировал липовую фирму, отправив предварительно все деньги на свой новый счет. Вскорости брат и сестра покинули страну и обосновались в Италии, причем вместе с ними уехал и некто Йоэль Хаскин, за которого Дов выдал Юдит. Причина срочности, думаю, тебе уже понятна. На особенностях жизни в Италии я останавливаться не буду. Семейство вернулось в Израиль три года назад. А полтора года назад перебралось в район Кфар-Барух… Это оказалось большой ошибкой, первым шагом к катастрофе. Ливни не знал, что в том же районе обитает его бывший соучастник и жертва. В течение пятнадцати лет жизни в Италии он ни разу не приехал в Израиль и, разумеется, потерял всякий след Цедека. По моему, он вообще был уверен в том, что Пеле уже нет на свете. Так или иначе, однажды Йоэль Хаскин столкнулся с Дани Цедеком, с которым когда-то был знаком. Не знаю, каким образом у них завязался разговор, но кончилось все тем, что спустя какое-то время Йоэль предъявил своему родственнику Дову Ливни серьезные претензии. Он потребовал выплачивать ему ежемесячно пять тысяч шекелей.
— И за это Ливни его убил? — недоверчиво спросил инспектор. — За пять тысяч в месяц?
