Солнце грело все сильнее. Ральф подумал, что позже может стать совсем жарко, и прибавил скорость, чтобы потом, если заставит жара, можно было двигаться медленнее и не выбиться из расписания. Шел он вдоль гребня холма. Слева, внизу, извивался по болотистой почве ручей, справа, повыше, торчали по самому гребню каменные пики. Все эти пики были отдельно изображены на его превосходной карте, по ним он следил за своим продвижением, одновременно любуясь видами. Места эти были одними из самых красивых и пустынных в Англии, и Ральфу они очень нравились. Здесь он был совсем один. Шум машин и фабрик не нарушал его душевного равновесия, выхлопные газы не забивали сухой аромат хорошо выделанной кожи, а черный дым не портил изящества перистых облаков. Ручей поблескивал на фоне мхов, тяжелые ботинки Ральфа похрустывали, ступая на грубые пучки травы, или начинали чуть подхлюпывать, если ему случалось спуститься слишком низко по склону. Ральф глубоко вдыхал чистый воздух. Курить он бросил давно, когда повышение налога на табак сделало расходы несоразмерными получаемому удовольствию, но здешний чистый воздух был даже лучше никотина, и он похвалил себя за силу воли, помогшую отказаться от сигарет — а уж экономия какая получилась…
По прошествии приблизительно часа Ральф заметил большой плоский камень и сел отдохнуть. Он соскреб грязь с ботинок концом трости, отвернул крышечку термоса, налил в крышечку кофе и уже собрался пить, как вдруг заметил что-то в тростнике у ручья. Опустив крышечку с кофе, он присмотрелся повнимательнее. Однако никак не получалось разглядеть, что же это такое. Тут бы помогли солнечные очки, но Ральф считал, что относительная редкость солнечных дней не оправдывает покупку темных очков. А вот бинокль… интересно, сколько может стоить бинокль в ломбарде?
Ральфу не хотелось спускаться с холма, потому что почва внизу была болотистая и он мог промочить ноги, но он от природы был любопытен: а вдруг там лежит что-нибудь ценное? Да он себе не простит никогда, если пройдет мимо, не выяснив, что это такое.
Ральф встал на свой камень, чтобы посмотреть под другим углом, но так ничего и не разобрал. Похоже на человека, подумал он, но этого не может быть. Человек не станет лежать на этой мокрой земле. В химчистке сейчас такие деньги дерут…
Он опять сел на камень и допил кофе, спрятал термос в рюкзак, посмотрел вперед, куда собирался идти, потом вздохнул, пожал плечами и начал спускаться по склону.
Чем ниже, тем более рыхлой становилась почва. Трость глубоко проваливалась и не давала хорошей опоры. Грубая трава сменилась тростником, и ему все труднее было удерживать в поле зрения непонятный предмет, так как он, хотя и приближался, смотрел-то теперь уже не с возвышенности. Ральф хотел было повернуть назад, вверх, пригасив свое любопытство, но тут как раз наткнулся на ботинок.
Глаза его сузились, он замер. Да, это определенно был ботинок, глубоко увязший в грязи. Ральф нагнулся и выковырял его тростью, потом поднял двумя пальцами. Очевидно, ботинок стянуло тягучей грязью с ноги хозяина, когда тот шел или бежал по болоту. Ральф отметил, что ботинок в довольно хорошем состоянии, каблук чуть стерт, но вообще-то его хватило бы еще надолго; примерив к своему ботинку, он решил, что найденный ему будет маловат. Странно. Кто-то недавно прошел здесь в большой спешке — настолько большой, что даже не остановился и не подобрал свой ботинок. Столь вопиющее пренебрежение ценной вещью находилось за пределами понимания Ральфа. Он огляделся по сторонам в смутной надежде найти второй ботинок. Вдруг все же ему подойдут. Второго ботинка не было, но он заметил углубление в земле и подошел к нему. Похоже на отпечаток ноги. В ямку просочилась вода, и ее край осыпался. Дальше находилось точно такое же углубление, и Ральф двинулся в ту сторону, ботинок он по-прежнему осторожно сжимал в пальцах. Любопытство его разыгралось всерьез. Что ни говори, а один ботинок человеку не нужен, значит, вполне может статься, что и второй брошен где-то поблизости.
А потом он увидел предмет, который первоначально и привлек его внимание. К нему вели следы, а сквозь тростник он больше всего походил на кучу тряпья. Возможно, подумал Ральф, это полный комплект одежды, выброшенной в припадке безумия.
Сделав несколько шагов, он резко остановился.
