Демон решил, что раскусил чародейку и вновь залился смехом, однако в этот раз его веселье было грубо прервано. Чародейка за мгновение оказалась подле Комгалла и попыталась отрубить его голову. Клинок со свистом рассек воздух и вонзился в грубую плоть нечисти. Однако Элайна не смогла завершить начатое.
Клинок застрял, войдя в шею лишь на пару сантиметров.
В глазах Комгалла вспыхнул победный блеск, когда он увидел непонимание в глазах Элайны. Демон взмахнул рукой и мощный удар по лицу заставил жрицу упасть на залитую кровью брусчатку.
Она успела лишь встать на колени, когда противник безжалостным ударом ногой по голове заставил девушку вновь упасть.
— Кажется, у тебя и вовсе не осталось выбора! — оскалился демон. Он поднял выпавший клинок чародейки и приставил созданное ею же оружие к горлу жрицы…
Моравол, Площадь Архимага, 20:38
Исполняя приказ Августина, Вортигерн стоял в стороне, там, где его никто не увидит; там, откуда он сможет контролировать подступы к площади и следить за ситуацией на поле боя. И сейчас он старался не упустить ничего из дуэли своего господина с главой бунтовщиков. Архимаг был великолепен. Несмотря на то, что Тавискарон завладел проклятым оружием, став на порядок могущественнее, герцог успешно противостоял ему. Большинство заклятий было развеяно еще до столкновения с магической защитой, а сам Тавис несколько раз уходил в глухую оборону, не в силах найти способ вновь атаковать слишком умелого противника.
Однако Лорд-командующий чувствовал, что что-то не так, и испытывал сильное желание немедленно броситься на помощь и закончить этот цирк, но вместо этого он ждал, помня указ Августина и зная, что именно случается с теми, кто его нарушит. Единственное, что оставалось Вортигерну — это укрыться вместе с оставшимися гвардейцами и следить за ходом битвы, пытаясь понять, что именно так настораживает его.
— Что здесь не так, — пробормотал старый генерал, вызывая у своих солдат удивление. Крайне редко они могли услышать, как Вортигерн разговаривал сам с собой, и обычно это случалось только в самые напряженные моменты.
— Господин, — произнес Брант, подойдя к нему. — Ален со своими людьми уже вступил в бой, может и нам пора? Я не уверен, но кажется…
— Кажется? — Вортигерн повернулся к гвардейцу и посмотрел на него так, что у бывшего варвара на мгновение появилось желание пропасть сквозь землю. — Ты один из лучших солдат Моравола. Для тебя не должно существовать такого слова.
— Виноват, господин, — Брант поклонился, но, как и около часа назад в квартале академий, несмотря на страх перед генералом, решил высказать свою мысль. — Однако наши братья сейчас находятся там. Они сражаются за герцога и умирают, пока мы…
— Пока вы позорно прячетесь? — Внезапно раздался голос в стороне от гвардейцев.
Вортигерн поморщился, узнав его хозяйку, и медленно повернулся к нелюбимой даже среди варваров чародейке.
— Фон Рейнор, — сквозь зубы произнес он. — Что ты здесь забыла?
Чародейка подошла к лорду-командующему и выглянула из-за угла, решив оценить ситуацию на поле боя.
— Ищу тебя. Это не легко, знаешь ли, — произнесла она, с интересом наблюдая за тем, как темная магия собирается в руках Тавискарона. — В цитадели ходили слухи, что твои люди сегодня тоже кое-кого искали.
— Мы сегодня…
— Много кого искали? — Энида нашла глазами Элайну, беззвучно выругалась, осознавая, что ей придется еще раз пересечься с чародейкой, и повернулась к Вортигерну, который так и не отреагировал на ее слова.
Пиромантка хмуро посмотрела на лорда-командующего и поняла, что совершенно не знает, как именно сказать ему о своей недавней встрече и не вызвать смех.
— Давно ты был в трущобах? — стараясь выглядеть как можно более уверенной, произнесла она. — Говорят, в городе есть сказка… довольно интересная, чтобы гвардия решилась проверить ее на правдивость.
— Не юли, ведьма, — Вортигерн сделал шаг к пиромантке. — В Мораволе достаточно таких сказок. И немалая их часть рассказывает именно о трущобах.
— Ты прекрасно понял, о ком я говорю.
Гвардейцы позади переглянулись, осознав на что намекает пиромантка, однако если Вортигерна посетили те же мысли, он совершенно не подал виду, до сих пор не желая признавать, что трущобный герцог существует.
— Чего ты хочешь? — он скрестил на груди руки. — Говори прямо. Надеюсь, ты помнишь, что прямо сейчас наш с тобой герцог сражается за свою жизнь.
— Насколько, я вижу, он прекрасно справляется самостоятельно, — на мгновение Энида вновь выглянула из-за трибун, чтобы убедиться, что ничего не поменялось.
Вернувшись, она замялась, так и не решив, как именно доказать правдивость своих слов, но тут же вспомнила, что лежит в одном из ее карманов, и вытащила амулет Элиев наружу.
— Трущобный герцог приходил к нашему знакомому.
— Герцога. Не. Существует, — разделяя каждое слово, сквозь зубы проговорил Вортигерн и повернулся к Бранту. — Отдавай Ахиллу приказ. Через минуту я хочу видеть его у подножья цитадели. Пусть заменит собой отряд Алена.
