— И с чего ты решил, что у меня есть мотивы предавать вас? — Спросила она, строго сведя брови. В ее глазах моментально вспыхнуло фиолетовое пламя, а между пальцами появились искры молний. Цестиан с опаской сделал шаг назад, но даже не подумал отказываться от своих слов.
— Во-первых, ты прислужницы Лжи и предательство у тебя в крови. Во-вторых, я подозреваю вас всех. Даже его, — он указал рукой на своего демона, который в ответ на это лишь пожал плечами. — Хотя и знаю, что плененный демон не способен принести вред своему хозяину. И кто-нибудь скажет мне, куда подевался Тавис?
— Тенебрис следит за тем, чтобы канцелярия была на нашей стороне, — ответила прислужница. — Пусть он остается подальше от нас. Или вы хотите вновь оказаться в его компании?
Лич, подозрительно молчавший до этого, гневно захрипел и его глаза вспыхнули алым светом.
— У нас новые проблемы!
— Что случилось? — Прислужница перевела усталый взгляд на трущобного герцога. Она уже даже не злилась, привыкла, что в этот день всё слишком идет не так, как надо.
— Пришел ответ от охотников. Они нашли парня и вернулись, — Лич замолчал, и молчание его было настолько тяжело, что даже демон осознал, что случилось что-то крайне нежелательное.
— Не томи! — Не выдержав рявкнул Комгалл.
Герцог сжал костлявые ладони, но угрожать демону не стал.
— У парня не было с собой посоха. И среди его провожатых не было дикарки.
— Так может начнем охотиться за ней? — предположила прислужница.
— Позже! — Глаза Лича угрожающе вспыхнули. — Сначала разберемся с мальчишкой.
Больше никто из заговорщиков не произнес ни слова. Запечатав выход в тоннель, чтобы твари не увязались за ними, если иллюзия рассеется, они направились вдоль по тайному выходу в безопасные участки лабиринта и, уже пройдя их, в логово Лича.
Моравол, Торговый квартал, вход в лабиринт, 14:50
— Итак, — нарушила нависшую тишину Агна, глядя в открывшийся перед ними темный проход в лабиринт. С того самого момента, как кузнец открыл им тайну, где находится отец Антия, группа не произнесла ни слова. Даже веселившаяся на улицах толпа, казалось, стихла и ее звуки едва доносились до героев. Все погрузились в раздумья.
Антий думал о том, как ему поступить, если отец действительно окажется хозяином полыхавшего утром склада. Что если он действительно связан с криминалом? Что если он ввязался в некую авантюру, которая может выйти боком всему роду Элиев? Молодой чародей разрывался между личной выгодой, нежеланием терять фамильные богатства и положение наследника торговой империи, и страхом за отца. Он боялся за него, как каждый ребенок боится за родителей, но в то же время этот страх то и дело затмевали корыстные мысли о положении в обществе.
Агна крепко сжимала вверенный ей контейнер и внимательно следила за действиями чародеев. Она опасалась предательства. В ее племени учили, что преступивший закон человек, не важно кем он приходился по крови, должен понести наказание за совершенное преступление, однако дикарка уже давно покинула родное поселение и сейчас находилась в самом фальшивом городе в известном человечеству землях. В Мораволе. В городе, где ложь и предательство давно стали частью повседневной жизни, и она просто не верила, что сын, узнав о настоящей личине «доброго и честного» отца, не повернется против своих товарищей.
Ну а Лианна… Лианна просто боялась. Перемены в Андриане, его новая подруга, история с непонятным контейнером и недавними смертями… она была обычной молодой адепткой и подобные приключения испугали ее. И если бы не присутствие рядом Антия и дикарки, перед которой она просто не могла позволить себе опозориться, чародейка уже давно бы сорвалась и побежала искать Андриана, единственного мага из всех ее друзей, на которого она могла положиться. Сбежала бы в тот самый момент, как узнала, что отец ее лучшего друга находится в одном из самых преступных мест Моравола.
Сейчас же она просто пыталась стать незаметной, чтобы не попасть под боевое заклинание, если Антий и Агна все-таки решат выяснить отношения.
— Что «итак»? — нервно спросил наследник рода Элиев, когда понял, что дикарка не собирается продолжать. Утреннее праздничное настроение чародея исчезло, словно его и не было. — Хочешь опять оболгать моего отца? Или поглумиться лично надо мной?
— Итак, что мы будем делать, когда окажемся внизу? — Агна указала на проход в лабиринт. — Или ты предлагаешь обойти весь подземный Моравол в поисках одного человека? Уж прости, но у меня нет желания часами бродить по заброшенным катакомбам.
Антий смерил ее презрительным взглядом и, тяжело сглотнув, выдавил из себя едва заметную улыбку. Он не привык злиться и понял, что не желает больше портить настроение из-за какой-то дикарки с далеких северных пустошей. Ее слова не больше, чем просто звуки, которые не имеют для истинного Моравольца никакого смысла.
