Андриан был так же не в восторге от идеи просить помощи у чародейки и будь у него выбор, он, несомненно, попытался бы самостоятельно вытащить их из темницы, но иного выхода из ситуации у них не было. Будучи магом школы изменения, его связь с первоначальными стихиями была слабее, чем у любых других школ, он мог брать только ту энергию, которая уже с избытком накопилась в окружающем его мире, и был абсолютно бесполезен в месте, наподобие этой камеры.
Как был бесполезен и стоявший рядом маг огня, а Мильва оказалась единственной, кто мог им помочь в месте, которое полностью состояло из камня. Им остается только надеяться, что в нем найдется магия, так заботливо убранная для того, чтобы ни один маг-заключенный не смог ей воспользоваться.
Шло время. Минуты уходили одна за другой. Мильва продолжала взывать к камню, умоляя его поделиться Силой, а стоявший за ней чародей внимательно следил за малейшими изменения в ее ауре, надеясь найти источник канала энергии, если он внезапно появится.
— Это бесполезно, — фыркнула геомантка и едва не убрала руки от камня, но Андриан внезапно до боли сжал ее виски, заставив ее замереть.
— У тебя нет выбора, — холодно заявил он. — Либо ты прямо сейчас найдешь способ выбраться отсюда, либо трущобный герцог будет медленно разбирать тебя на ингредиенты для своих ритуалов. Думаешь, он позволит вам двоим уйти, когда вы узнали о его существовании?
— Послушай, Андриан, — вмешался Оттон. — Нам нужно найти другой путь. Я уверен, что…
— Нет никакого другого выхода! — рявкнул чародей, и в этот момент Мильва, воспользовалась тем, что его хватка на голове ослабла, резко развернулась и оттолкнула адепта, больно ударив ему в грудь.
— Заткнись! — крикнула она, не заботясь, услышат ли их снаружи. — Хватит строить из себя всезнающего героя! Лучше возьми и сделай что-нибудь!
Она только начала свою тираду, но Андриан грубо прервал чародейку толкнул ее в ответ на голый камень. Мильва больно ударилась спиной, после чего гнев полностью захлестнул ее.
Чародейка ухватилась за стоявшую позади стену, буквально слилась с ней и через мгновение сделала шаг вперед, полностью облаченная в каменную броню и готовая одними руками разорвать обидчика.
— Отлично, — улыбнулся Андриан, делая несколько шагов назад, и обратился к Оттону. — Осталось только ее успокоить. Ты знаешь, как?
Полутролль покачал головой, так же отступая от разозленной подруги. К их счастью, полностью поддавшаяся гневу и лишенная какой-либо концентрации Мильва потеряла магическое зрение и в абсолютной темноте не видела ничего, даже собственных рук. Сделав несколько шагов вперед, она начала растерянно трясти головой, не обнаружив своего обидчика и очень быстро снова пришла в себя. Как только это произошло, камень вновь потерял свою силу и упал на пол, а лицо чародейки приняла болезненный оттенок — следствие магического истощения.
— Я же говорил, что помогу тебе, — поняв, что опасность миновала, заявил Андриан и подойдя к чародейке положил руку ей на плечо. — Никогда не сомневайся во мне.
— Убери от меня руки, — взвизгнула она, отскочив в сторону. — Как ты посмел?! Я едва не лишилась своей души! Ты знаешь, что творит это место! Использовать здесь личный резерв — все равно, что напороться на меч гвардейца!
— Но все же это помогло, — улыбнулся Андриан и расправил руки, ощущая прилив свежих магических сил, которые с лихвой проникали в тюремную камеру через образовавшийся в стене пролом. Как раз в том месте, откуда чародейка взяла камень для своей брони.
— Идемте, — обиженно фыркнула Мильва и первая направилась в пролом.
Моравол, Подземелья старого города, Темница Трущобного Герцога, 15:35.
Заговорщики провели весь путь, находясь в неожиданном молчании. В первые за день, прошло более получаса, но никто из них не пытался оскорбить или в чем-то обвинить другого. Кто-то просто устал, а кто-то думал о том, что делать дальше, когда выяснилось, что посоха у укравшего его парня нет. Лич хорошо знал наглого мальчика по имени Андр, чтобы понимать, что просто так ответ он не даст… остается надеяться, что демон, подвластный торговцу, умеет пытать, а его хозяин разрешит использовать его.
В любом случае, сам колдун был слишком стар, чтобы лично опускаться до подобного.
— И все-таки я не пойму, — выдохнул Элий, когда до подземелья Лича оставалось всего ничего. — Кому понадобилось устраивать этот цирк со складом, убийствами и тварями из бездны?! Не проще выдать нас Вортигерну и дело с концом?
— Не проще, — ответила жрица Лжи. — Если этот человек хочет избавиться не только от нас, но и от Августина, то вечерний заговор должен исполниться. Тогда предателю не нужно будет даже стараться, чтобы стереть нас в порошок.
— Тавис говорил что-то об этой выскочке — фон Рейнор, — задумчиво произнес Лич и, услышав это имя, жрица невольно скривилась. — Помните? Может он выдал нас ей, и эта чародейка теперь портит нам жизнь?
— Поверь мне, Тавис ни за что не свяжется с фон Рейнор, — твёрдо сказала жрица. — Он же истинный мораволец — презрение к чужакам у него в крови.
