— Какъ только я подумаю объ этой чудной маленькой шкун, лежащей теперь на дн морскомъ, сердце у меня надрывается! — сказалъ Брискетъ, попрежнему глядя прямо въ глаза м-ру Тредгольду. — Ну, а теперь — мое почтеніе, джентльмены!
— Мы еще увидимся завтра, — поспшно сказалъ Тредгольдъ.
Брискетъ покачалъ головою. Они съ Питеромъ очень торопятся. Они намрены пустить въ ходъ свои небольшія сбереженія и пріобрсти шкуну…
— Шкуну? — со страннымъ взглядомъ проговорилъ Тредгольдъ.
— Да, прехорошенькую маленькую шкуну, и если вы, джентльмены, ничего противъ этого не имете, мы съ Питеромъ желали бы назвать ее «Красавицей Эмиліей». Питеръ немного сентименталенъ, но я не осуждаю его за это… Покойной ночи!
Онъ медленно открылъ дверь, и сентиментальный Дёккетъ, все еще державшій свертокъ съ сапогомъ м-ра Стобелля, радостно проскользнулъ въ нее. Капитанъ послдовалъ за нимъ, но затмъ пріостановился и просунулъ въ комнату свое красное лицо.
— Еще одно, — проговорилъ онъ лукаво:- она необыкновенно похожа на нашу погибшую «Красавицу Эмилію». Доброй ночи!
Дверь захлопнулась, но Тредгольдъ и Чокъ не шевелились. Они тупо уставились на дверь, и ихъ неподвижность обезпокоила даже м-ра Стобелля, отличавшагося тугимъ соображеніемъ.
— Случилось что-нибудь непріятное? — спросилъ капитанъ Бауэрсъ.
Отвта не было. Стобелль, тяжело поднявшись съ мста, двинулся къ выходу. Тредгольдъ и Чокъ машинально послдовали за нимъ и, остановясь въ дверяхъ, безмолвно смотрли на дорогу, ведшую къ долин «Солнечныхъ Часовъ».
Капитанъ Брискетъ и его врный помощникъ исчезли.
Съ англ. О. Ч.
«Встникъ Европы», No№ 8–9, 1905
1905
