— Я просто думаю, что все поменялось. Вот, что я пытаюсь сказать. Я думаю, что ты больше не ищешь людей с властью, или влиянием, или тех, кто бы дал тебе возможность почувствовать, что все это у тебя есть. Я думаю, что тебе нужны верные друзья. А учитывая, что я определенно хороший друг, думаю, тебя это пугает.
— …Пугает?
— Потому что ты не знаешь, как заиметь настоящего друга, Малфой, — она наклонила голову. — Но вот, что я тебе скажу… это просто происходит. И ты ничего не можешь с этим поделать.
Он прошелся языком по зубам, а потом уперся им в щеку. Его глаза были затуманены то ли весельем, то ли сильной усталостью.
— Ты пытаешься мне сказать, что считаешь нас друзьями?
Его брови съехали вниз и слились в одну линию, когда Гермиона на коленях поползла к его кровати, засунула под нее руку и двинула ею вверх. Она нащупала книги, которые он хранил между матрасом и рейками основания и вытащила первую, которая казалась большой.
— Конечно нет, Малфой.
Она оперлась на матрас, чтобы подняться, после чего плюхнулась на кровать, заставив тем самым Малфоя вытянуться в струну от напряжения. Она скинула туфли и подняла ноги на кровать, стараясь как можно ближе находиться к краю.
— Что ты делаешь?
Она молча прислонилась к спинке кровати и посмотрела на огонь. Потом пожала плечами и перевела на него свой взгляд.
— Я тоже плохо сплю.
Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, пока ей снова не захотелось вернуться на неудобный пол.
— Хочешь, положу несколько подушек, чтобы ты чувствовал себя в безопасности? Боишься, что я притронусь к твоим особым местам, или подышу на тебя, или распространю…
— Особым местам? — он широко улыбнулся; его улыбка оказалась настолько внезапной, что сразила ее одним своим видом, заставив зациклиться на форме его зубов, линии рта, прищуре глаз. — Что ты подразумеваешь под моими особыми местами, Грейнджер?
— Твое… — она взмахнула рукой, а он опустил подбородок к груди и поднял брови. — Твое сердце или… душа.
— Моя душа.
— Твоя душа.
— И я боюсь, что ты притронешься к моей душе.
— Да, моими проникновенными речами.
— Да счас.
— Которые очень глубоки и прони…
— …кновенны, ага.
— Да. И они могут тебя… тронуть. Своей глубиной. Которая тронет особенное место твоей души.
— Ты сейчас пытаешься потрогать мои особые места?
Ее глаза расширились, а он рассмеялся, свободно и громко.
— Ай, заткнись.
***
Гермиона проснулась, вдруг почувствовав, как ее окутало невероятное тепло. Она распахнула глаза, а потом увидела изгиб подбородка Малфоя и почувствовала движение его тела рядом. Она не понимала, что происходит, пока его руки не спустились с ее спины на бедра, она дернулась и слетела на пол, упав на локти и спину. Камень начал со скрежетом отъезжать, и Гермиона почти рванула к защитному кругу, но потом увидела широко распахнутые глаза Малфоя над краем кровати.
Гермиона так сильно вдохнула, что почти подавилась, и скользнула боком под кровать. Камень остановился, из чего она поняла, что проход должен быть открыт. Он открывался автоматически перед каждым, кто уже был в этой комнате, так что если это не был друг, который пришел его навестить, после того, как охранные чары были опущены, значит пришел аврор с проверкой.
Часть ее тела еще торчала из-под кровати, но она боялась, что без скрежета камня ее движения будут слышны. Ей бы хотелось, чтобы Малфой сменил положение и навис над ней, тогда бы она оказалась полностью скрыта.
— Люмос, — произнес отчетливо голос, даже не заботясь о том, чтобы перейти на шепот.
Раздался тихий скрип, когда аврор прошелся по комнате и пнул что-то, похожее на одежду. Гермиона закрыла глаза и постаралась дышать ровно и тихо, но сразу же распахнула их, когда услышала, как что-то задребезжало. Она поняла, что это была ручка в уборную, и если…
— Эй!
— Ох, обливиэйт! — прокричал Джастин.
Гермиона ахнула, а кровать сильно затряслась над ней.
— Что, черт возьми, ты делаешь?
— Не знаю, я просто среагировал!
— О боже! Джастин! — Гермиона вылезла из-под кровати, только в последний момент заметив Малфоя, который почти наступил ей на живот.
Она с трудом поднялась на ноги и посмотрела на аврора, который тупо уставился на дверь.
Падма стояла в дверном проеме с отвисшей челюстью, глядя то на аврора, то на Джастина.
— Я просто, был удивлен, и бам, я не знаю!
— Он очнется через секунду, что…
— Ты меня сейчас так подставил, Финч-Флетчли!
— Прости!
— Уходите, — закричала Гермиона. — Хватайте вещи и уходите, ну же!
Она схватила бутылку алкоголя, которую Малфой оставил на полу возле прикроватной тумбочки и сунула ее в руку Джастину, и тот сразу же к ней приложился. Падма в этот момент выскочила из туалета со своей сумкой и двумя мантиями.
— Джастин, нет, уходи! Быстрее! — Гермиона обежала Малфоя и схватила свою мантию на полу. Она ткнула пальцем в Малфоя. — А ты ложись, сейчас же.
— Я не…
Резкими движениями она натянула мантию и выбежала за дверь.
— Сейчас! Люмос.
Малфой крепко сжал зубы и выразительно на нее посмотрел, а потом медленно вернулся в кровать.
