— Сами по себе. Но они будут открыты достаточно долго для того, чтобы мы добрались до артефакта и прочитали основное заклинание.
— Нам придется сначала попрактиковаться, — сказала Гермиона. — Мы можем использовать иглу.
Джастин скривился.
— С вами всегда так весело.
***
Малфой всегда остро реагировал на отражение боли на лицах людей. Гермиона гадала, стал он таким после войны, момента, который видел Гарри или из-за того, что вынужден был пытать людей. Последнее утверждали отчеты. Она помнила его замешательство при необходимости выпустить заклинание в нее или Джастина в те времена, когда они ему еще не доверяли. Может быть тогда он снова и снова прокручивал воспоминания в голове.
Гермиона постаралась выглядеть непринужденной, когда Малфой прижал острый кончик ножа к ее пальцу, но тот все равно на нее не смотрел. Он был сосредоточен на том, как повернуть нож так, чтобы получился идеальный изгиб у основной линии.
Он большим и безымянным пальцами сжимал ее верхнюю фалангу, из-за чего она сильно хотела хрустнуть суставом — за эту привычку ее мать била отца по рукам.
— Твой маленький палец до абсурдности мал, — прохрипел он.
— Именно поэтому мизинцы еще называют маленькими. Ты чего хочешь… чтобы я извинилась?
Он поднял глаза, среагировав на то, как странно прервалось ее дыхание, но она удержала нейтральное выражение на лице. Кончик воткнулся чуть глубже, чем было нужно, но она не могла жаловаться. Прижимая нож к ее коже, он был максимально осторожным. Возможно, даже осторожней нее, когда она проделывала то же самое с ним. Хотя она очень старалась сделать так, чтобы было как можно менее больно. У нее с ее маленькими руками и его большими пальцами было преимущество, так что сейчас она ждала от него большего количества ошибок.
Малфой промокнул ее палец краем тканевой салфетки, затем прижал указательный палец к ее второму суставу и провел подушечкой большого пальца по его другой стороне. Он остановился над ногтем, а потом чуть отвел палец в сторону, чтобы получше рассмотреть маленькую руну. Он продолжал обхватывать ладонью ее руку, и она удивилась, почему он не отстранился, прежде чем подумала, что придает этому слишком много значения.
На кончике носа и между бровями у него появлялись маленькие морщинки, когда он что-то изучал. Ее пальцы дернулись от желания откинуть его челку, но она бы не посмела.
— Хорошо? — пробормотал он.
— Хм? — отозвалась она. Он посмотрел на нее, большим пальцем поглаживая ее мизинец. — Ох.
— Последняя линия, — произнес Джастин из-за спины Малфоя.
— Да, Джастин, так что можешь расслабиться и перестать сжимать ногу рукой. Ты ведешь себя так, будто я тебе отрезаю пальцы.
— Нет, ты просто в них врезаешься.
— Грейнджер?
— Да, хорошо. У них все в порядке.
Он отпустил ее руку и протянул ей салфетку, чтобы она могла вытереть кровь с кожи. Пробормотав спасибо и взяв ее, Гермиона увидела, как морщинки на его лбу разгладились.
— Вы все уверены, что нам не нужно накладывать на них никакого заклинания?
— Если мы сейчас что-то наложим, руны можно будет использовать только на это одно заклинание, которое должно быть направлено именно на нас. А так мы можем использовать разные руны и их комбинации для всех заклинаний, на которые мы согласились ранее.
Джастин потряс рукой, когда от него отстранилась Падма.
— Точно, блокирующее заклинание, отгоняющее и… еще одно блокирующее. Ну, я уверен, что шанс это проверить не заставит себя ждать.
Гермиона встала и потянулась.
— Встретимся завтра, чтобы обсудить, как подействовали заклинания, и поработаем над основным для стен, хорошо?
— Завтра у меня патрулирование, — сказала Падма и посмотрела на Малфоя. — Гермиона, может, мы с тобой сможем встретиться позже, и ты введешь меня в курс дела? Как насчет около полуночи?
— Без проблем. Буду ждать тебя рядом с Полной дамой. — Гермиона провела пальцем от Джастина к Малфою. — Тогда втроем, в библиотеке, в восемь?
Малфой кивнул, отдал ей нож и начал собираться. Джастин повесил сумку на плечо, сверху закинул мантию.
— Как мы скроем от всех руны? Мы не можем носить перчатки.
— Постарайся не размахивать руками перед людьми, — ответил ему Малфой.
— Просто не поднимай пальцы. Если кто-то увидит, скажи… — Гермиона перекинула ремешок от сумки через голову, а саму сумку взяла под руку. — Ну, не знаю. Скажи, что нарисовал ее красной ручкой, чтобы не забыть на древних рунах.
— Скажи, что списывал, — сказал Малфой. — Всех больше заинтересует драма происходящего, чем то, почему руны у тебя на пальцах.
— Ладушки. Мы пойдем вместе? — Джастин кивнул в сторону коридоров, когда они вышли из комнаты.
— Куда заманчивей пойти долгим путем.
Несмотря на свои слова, Малфой пошел по короткому, а Гермиона и Падма обменялись ухмылками, когда Джастин начал болтать.
***
— Что это такое?
— Я уже видела их однажды, — сказала Гермиона. — Несколько месяцев назад. Они чуть более решительные, чем были пауки. Когда я применила к ним защитное заклинание, они разбежались.
