— И это не для того, чтобы остаться с тобой наедине или чего-то подобного. Просто так получилось, что ты оказался в своей спальне, которая весьма уединенная. И она как раз подходит, потому что я решила, что делать это нужно наедине. И никто не будет смотреть, — Гермиона закатила глаза. — Это не будет так неловко. Мы просто это бы сделали, и никто бы об этом не узнал.
Она закрыла глаза на мгновение, задержала дыхание, а потом открыла их и тяжело вздохнула. Посмотрела вниз, встретилась с Малфоем взглядом и почувствовала, что лицо горит.
— Заклинание, очевидно же. Я про заклинание.
Губы Малфоя почти растянулись в улыбке, но она была рада, что он ее удержал. Если бы он улыбнулся, она бы бросила в него туфлей. Его глаза скользнули по ее лицу в поисках чего-то, чего, она надеялась, он не сможет найти, после чего он поднялся на ноги.
И пока он не заговорил, она поспешила произнести:
— Я просто до этого не сказала, о чем я. О заклинании.
— Я понял.
Она кивнула, а он продолжал пристально на нее смотреть. Из-за его взгляда ей хотелось выцарапать себя из собственной кожи.
— Я не могу полностью его показать, потому что это темная магия, и я не могу удержать его на одном месте, как левитирующее заклинание или… что-то похожее. Но…
Она выпустила заклинание, проследила за тем, как оно растворилось в воздухе, а потом повернулась к Малфою. Из всех заклинаний, что они использовали для защиты, это заклинание было самым утомительным, но далеко не таким изматывающим, какими были защитные круги.
— Давай теперь ты. Очень важно, чтобы ты научился ему… оно лучшее из всего нашего арсенала, — она отклонилась назад и посмотрела за спину Малфою. — У нас не так много времени, так что…
Он прервал ее тем, что выпустил заклинание, она наблюдала за каждым его движением. Но ничего не вылетело из его палочки. Гермиона хмыкнула и схватила его за руку прежде, чем он успел ее опустить.
Она легонько обхватила его запястье, кожа оказалась мягкой и гладкой. Она почувствовала под пальцами его сердцебиение. Пам, пам, пам, пам-пам.
— Это движение, вот здесь… и… Да! Вот так. А когда ты переводишь ее к себе, тебе чуть-чуть нужно наклонить палочку, вот так… да. А на финальном взмахе — резкий поворот, как… да, как этот. Будто ты всаживаешь нож в кого-то. Не смотри на меня так.
— Много куда всаживаешь ножи?
— Нет, но я иногда об этом мечтаю.
— Всегда… те, от кого такого не ожидаешь, — он наклонил голову в сторону, скосив на нее левый глаз. — Не такая уж и тихоня, Грейнджер?
— Просто повтори.
У него было правильное произношение, и движения его запястья и палочки казались правильными. Он тяжело вздохнул и снова попробовал. Все было идеально… кроме того, что ничего не получалось. Она делала так же, только если…
Гермиона дернула его за руку, но он не поддался и притянул ее к себе. Она выхватила у него палочку, отвела его пальцы назад и начала рассматривать подушечки.
— Вот черт, — на безымянном пальце не хватало третьей линии, — Ты ее испортил.
— Нет. Видимо, она просто зажила.
Он попытался высвободить руку, но Гермиона снова притянула ту к себе. Пробормотала что-то себе под нос, натянула кожу на пальце и попыталась найти заживший порез — но не нашла.
— Ты всю ночь будешь его рассматривать? — тихо произнес Малфой, когда она подставила его руку под свет. — Линия не появится и не позволит тебе убедиться, что ты ее не забыла.
— Даже если ее там не было, то это не моя вина, — так же тихо ответила она, даже не подозревая, что ее голос вообще может быть таким тихим и тягучим. — Ты меня отвлекал.
Линия определенно отсутствовала, и, судя по тому, как выглядел палец, ее никогда там и не было. Она почувствовала легкий укол вины, но было бы куда хуже, если бы из-за этого с Малфоем что-то случилось. Возможно, сейчас у нее хватит времени, чтобы все исправить.
Она почувствовала, как его пальцы дернулись, и посмотрела на него. Она хотела просто взглянуть, но задержалась где-то в районе его щек прежде, чем встретиться с его глазами. Они были так близко друг к другу, что когда Гермиона подняла голову, то едва не коснулась носом его щеки. Она стояла к нему полубоком и прижимала руку к его груди.
— Отвлекал?
— Своей близостью.
— Почему тогда ты не сделала шаг назад? — его голос все еще тянулся в той манере, которая что-то творила с ее разумом.
— Пришелец.
— Что?
Она покачала головой. Под ее кожей пульсировало напряжение, которое ей хотелось выпустить, но она не решалась. Малфой, видимо, тоже его чувствовал, хотя… она отчетливо видела, как, требуя свободы, это напряжение разрывало его изнутри так же, как и ее. Она видела это в том, как бегали его глаза, как его пальцы сжимали ее руку, в наклоне его головы. Об этом говорило его собранное тело и взгляд, которым он смотрел на нее. Уверенный, твердый, непоколебимый. Увидев это, она поняла, что последует дальше.
Его взгляд скользнул к ее губам, и не успела она вздохнуть, как он оказался совсем рядом.
Его губы коснулись ее лишь слегка, а потом исчезли как ветер, но Гермиона последовала за ним. Она потянула его за руку, встала на цыпочки и поцеловала.
