- А я специально буду от вас прятаться, месье жандарм! – холодно произнесла графиня. - Надеюсь, вы провалитесь в какую-то ловушку, и на этом наше общение закончится! Раз в жизни я решила сделать добро, помочь, совершить жертву во имя общего блага, и что я за это получила? Оскорбления, упреки и сплошную черную неблагодарность! Клянусь всем, что у меня есть: я больше никогда в жизни не совершу подобной ошибки. Плачьте, кричите, умирайте, а я даже пальцем не пошевелю. С меня довольно!
С этими словами графиня обвела присутствующих гневным взглядом и решительно направилась прочь. Она буквально вбежала в свою комнату, чувствуя, что еще чуть-чуть, и она разнесет этот дом до основания вместе с его мерзкими неблагодарными обитателями.
Оставшись без главной участницы драмы, «мерзкие неблагодарные обитатели» дружно переглянулись.
- Вы не должны были так разговаривать с ней, - Нефертари первой прервала молчание. – Если она – женщина, это не значит, что в пирамиде вы будете ее спасать. Как бы не получилось наоборот.
Она красноречиво посмотрела на Рейвена и продолжила:
- Вы, мужчины, всегда думаете о себе больше, чем стоило, в то время как женщины всегда себя недооценивают. И именно поэтому на арене у нас больше шансов победить.
- Чушь! – прервал ее Косэй. – У вас больше шансов победить на арене потому, что мы, мужчины, жалеем вас и не бьем в полную силу. А что касается моей вещи, то говорили с ней именно так, как она этого заслуживает. Теперь её брат будет думать только о ее безопасности и скорее всего погибнет. А сидела бы дома, никто бы сейчас не ломал голову, как ее спасти!
- Даю руку на отсечение, что именно женщины выйдут из пирамиды первыми! – не выдержала Алоли. – Я убила десятки мужчин...
- И до сих пор не обрела свободу, поэтому твои победы ничего не стоят! – с насмешкой перебил её Косэй, не желая продолжать эту тему.
Тем временем Фостер мерил шагами комнату. Ему не терпелось вернуться к обсуждению плана пирамиды, который он и Сфинкс чудом добыли вчера ночью. В тот миг, когда в комнате Лилит появился Эристель, оба мужчины направлялись к дому оракула Гахиджи, который проектировал злополучную пирамиду. Оракул все еще находился на празднике, поэтому проникнуть в его дом казалось довольно просто. Эрик и вовсе планировал отправиться туда один, однако Косэй настоял на том, чтобы он взял себе в помощники Сфинкса. Дуэт получился крайне специфическим. Учитывая манеру воина изъясняться, Фостер уже через минуту начал материться, чередуя то английскую, то русскую брань.
- Ты бред несешь, понимаешь? – с раздражением воскликнул он. – Что это за... образы такие? Какие нахрен колосящиеся чаши? Ты мне скажи, сколько там может быть охранников? Хотя бы примерно?
Сфинкс вновь ответил что-то в своем стиле, после чего устало вздохнул и замолчал. Объяснить Эрику столь простые вещи оказалось совершенно невозможно, поэтому воин решил проникнуть в дом самостоятельно. До встречи с Рейвеном, Сфинкс бы никогда не нарушил правил арены, но теперь он во что бы то ни стало хотел помочь своему новому другу. Обращение Харта в дракона поразило египтянина настолько, что ему казалось, что в мире нет красивее существ, чем эти огромные крылатые ящеры, извергающие пламя. И одновременно с этим пришла странная грусть, что ему, Сфинксу, никогда не удастся испить кока-колу или «запостить котиков на Фейсбук», потому что подобное могут делать только такие великие существа, как драконы. Но вот египтянин задумчиво посмотрел на Эрика и внезапно решил обратиться к нему на языке Рейвена.
- Лев заценил страничку Величайшего и нашел у него в друзьях четырнадцать терминаторов. Еще два терминатора делают селфи с Величайшим
- Что? – Фостер резко остановился и ошарашенно уставился на Сфинкса. Несколько секунд наемник лихо переваривал услышанное, после чего спросил:
- Это ты от Рейвена нахватался?
- За один лайк в друзья не добавляют, - сдержанно отозвался воин и чуть ускорил шаг.
- Хорошо, поставлю два лайка, - Фостер едва не заржал.
Приблизившись к нужному дому, Эрик, к своему удивлению, действительно насчитал в саду четырнадцать «терминаторов», которые охраняли дом оракула. С первого взгляда на них, Фостер понял, что ребята расслабились и думают только о том, чтобы их поскорее сменили на посту. Солдатам не терпелось отправиться праздновать, а не вытаптывать тропинки, бродя по периметру сада. Никто из них не заметил песок, который, затерявшись в траве, перетек в дом, как и человека, который прошел буквально перед носом одного из охранников. А вот найти план пирамиды оказалось куда сложнее. Эрик и Сфинкс потратили почти два часа, перебирая сотни свитков, пока наконец не нашли что-то, хотя бы отдаленно похожее на необходимый объект.
