— Разумеется. И об их «страстях» всем известно. Барблспью обожает опыты и готов месяцами проводить в лаборатории что-то создавая. Занзаар вообще помешанный на искусстве строитель. Крофенольф всегда составляет сложные многоходовочные стратегии битв. Не удивительно что именно он готовит каждый Прилив и на его время становится лидером всех Архидемонов. А моя бывшая начальница госпожа Лилитрия скорее радуется от своих коварных тактик, растления людей и порабощения других. Поскольку раньше она была человеком, то её сущность несколько иная и мыслит она немного по-другому.
— Могу представить. А что случается с демоном, который свою «страсть» утолить не может?
— Постепенно сходит с ума. Таким образом часто наказывают провинившихся, лишая их доступа к своей «страсти». Одному черту вот как-то запретили отрезать головы достойных врагов и заставили его биться в строю… Для Рэо это было той еще пыткой.
— Трагично, — хмыкнул я.
— Это практически физическое наказание, а вот лишение имени так вообще скорее социальное. Лишиться имени — это тот еще позор.
— Для вас это так важно?
— Мы рождаемся без имен и нам дают какие-то цифры и буквы, чтобы как-то различать. И то, они часто повторяются или меняются. Мой вот был «С-910», а имя Хенкель я взял себе после того как стал им уже будучи Отрезанным. Подключённые к Источнику даже помыслить о выборе своего имени не могут.
— Но какая-то свобода воли у вас есть. Зачем вам её дали, если вы должны быть просто инструментами для исполнения приказов?
— Не знаю, — вздохнул он. — Мы просто рождаемся такими и ничего более не помним. Прошлого ни у кого нет, кроме Владык. А нам просто велят не спрашивать и выполнять приказы, попутно утоляя свои «страсти» в свободное время. Те, кто давно не умирал так вообще порой задавались вопросом:
Я не стал спрашивать об этом.
Когда я сражался с демонами Барблспью, то те порой вели себя странно на мой взгляд. Они злились и впадали в ярость, когда я убивал их собратьев. Они явно грустили по тем, кто ушел, ведь вернуться он уже может совсем другим и то что вас связывало когда-то окажется потерянным. А получится ли восстановить… сложно сказать.
— Ладно, Макс, думаю, нам пора завязывать с разговором, — сказал Хенк, когда солнце уже ушло за горизонт и на город опустилась темнота.
— Да, ты прав.
Недалеко прошел фонарщик и начал зажигать фонарные столбы, потому разговор и правда лучше закончить.
— Увидимся, — он махнул рукой и ушел.
Я же какое-то время молча смотрел на темнеющее небо…
— Вот такой вышел разговор, — закончил свой рассказ Макс, что недавно встретился с Хенкелем.
Пока они с Крес и отцом занимались примеркой и осмотром экипировки, у братца был задушевный разговор с этим доппельгангером. Сам Бартлби не знал, как относится к мысли, что они вполне себе подружились с настоящим демоном и душевно так общались. Это было просто… неестественно. Не какой-то там вопрос чести и морали, нет, это было просто законом природы. Демоны — враги, иного не дано.
Конечно, он понимал, что это может и не быть истиной в последней инстанции, но… он вырос с этой мыслью. Равно как и все вокруг. Даже папа, и тот не мог не морщиться — двадцать лет здесь прожил, как-никак. Стоило бы еще узнать, что думает Зенти, но скорее всего, в этом вопросе их с Барти мысли будут схожими.
Однако ради брата и его желания узнать истину, он не будет слишком резок и поспешен в выводах. Да, для него одно слово «демон» уже наводит на не лучшие мысли, а первая встреча с суккубой Тил едва не порвала их, и мимиком Энрихом, что хотел их на Скверну подсадить, также не улучшает репутацию.
Это лучший вариант.
— Что думаете?
— Рассказывать ему весь наш путь было не лучшей идеей, — покачал головой Барти. — Но если ты ему так доверяешь, то ладно.
— Да не то чтобы доверяю, — вздохнул брат. — Просто… мне даже сформулировать это сложно.
— Все норм, Макс, — махнула рукой Крес. — Ты просто утомился. Вот сейчас поедим, отдохнем и будет все нормально.
— Может ты и права… А где папа?
— Он пошел договариваться о завтрашнем речном рейсе до Маата. Сказал, чтобы мы его не ждали и ложились спать. Ну, сейчас поужинаем, там и музыка будет.
Да, в этом постоялом дворе часто можно встретить живое исполнение музыкантов. Сегодня вот некая девушка из Кузунохи-но-Рё прибудет и споет что-то на японском. Он слышал, что она весьма известна и за небольшую плату исполнит многие песни даже с Земли. Для такого дела народа тут собралось немало, но столы сдвинули ближе к стенам, чтобы в центре открыть площадку для танцев. Местные завсегдатаи уже вовсю лопают какую-то стряпню, а вот их компании из-за загруженности поваров придется подождать еще.
— Ладно, я в туалет отойду, — кивнул Макс и встал из-за стола.
