Человек, нёсший поднос, осторожно поставил его по центру стола и ловко сдёрнул платок, покрывающий некий предмет. Затем он с почтением сделал три шага назад и, как его спутники, откинул свой капюшон. На обычном, без всяких изысков, металлическом подносе стоял небольшой четырёхгранный куб. Он был янтарного цвета, и в неровном свете бездымных факелов казалось, что по его граням бегают тёплые солнечные блики.
Семь фигур одновременно подались вперёд и замерли, словно в последний момент устыдившись своего порыва. В зале снова воцарилась тишина. Слышалось только слабое потрескивание горящих фитилей. Наконец раздался голос:
— Как вижу, он полностью наполнен.
Не ясно, был ли это вопрос или утверждение. Да и понять, кто именно из этой семёрки заговорил, было затруднительно.
— Да, Мастер, — человек, стоящий близ стола, в почтении склонил голову. — Прошедший Небесный Предвестник был на удивление сильным. Сгорели все ловушки, но дело своё сделали.
— Нам всем выпала огромная честь быть свидетелями наполнения чаши Ушедших. Хвала нам!
— Хвала нам! — раскатисто прогремело в зале.
И опять наступила тишина. Посередине стола невозмутимо лежал куб, а на его поверхности всё так же играли отражения язычков горящих вдоль стен факелов.
— Что докладывают слухачи? — тишину опять разрезал негромкий голос.
— Транслятор включился немного раньше, чем ожидалось. — Мужчина старательно смотрел в пол, избегая ненароком поймать взгляд собеседника.
— Говори, Сайгон, — подбодрил его голос, — нам всем необходима истина.
— На этот раз нечленораздельный плач или молитва, голос женский. — Говоривший на мгновение запнулся, потом продолжил: — Затем крики, жуткие крики. Очень похоже, что жертву пытали. — Он замолчал.
— Продолжай, — голос был тихий, ровный, лишённый каких бы то ни было эмоций.
— Связь была неустойчивой, много помех. Если пожелаете, я велю принести воспроизводитель.
— В этом нет нужды. — Фигура в белом балахоне махнула рукой. — Хорошая работа, Сайгон, можете идти.
Тот, кого назвали Сайгоном, поклонился, натянул на голову капюшон и спиной попятился к нише. В тишине опять прозвучал мелодичный звонок, и троица бесшумно скрылась за неприметной дверцей.
Сидевшие за столом мгновение помедлили, затем один за другим откинули капюшоны, скрывающие лица. Пятеро мужчин и две женщины, одной из которых на вид можно было дать не больше тридцати лет. Она и убелённая сединой старуха, коротко взглянув друг на друга, перевели взгляды на янтарный куб.
— Вот этот день и настал, — первой заговорила старуха на удивление твёрдым, с волевыми нотками, голосом. — Надеялась не дожить, но видно Ушедшие, будь они прокляты, решили по-другому.
— Что за пессимизм, Мага? — произнёс знакомым голосом тучный мужчина.
— А то ты не знаешь, Дюк, — в её голосе отчётливо прозвучал сарказм, — третий куб наполнен, и что? Вы все готовы выполнить свой Изначальный Долг?
— Изначальный! — подал голос самый молодой из присутствующих за столом мужчин. — В том-то и дело что «изначальный». Всё давным-давно изменилось. Мы все это знаем. Может, когда-то это и имело смысл, но с тех пор прошла бездна времени! Больше ста лет как непревзойдённый Сильвар-механик сумел починить транслятор. И что? — Он обвёл всех взглядом. — И днём и ночью с тех самых пор подле него дежурят специально обученные слухачи. И что? Что мы узнали? Пару раз в год сквозь шум и помехи прорываются то безумное бормотание, то вот, как сейчас, крики истязаемой жертвы. — Он сделал паузу и, убедившись, что его внимательно слушают, с некоторым пафосом закончил: — Долг! Изначальный! Красивая легенда, не больше того!
— Ага. Это ты альварам скажи! — Молодая женщина с вызовом откинула копну светлых волос. — Какой у тебя шанс остаться в живых после этого? — Она хмыкнула. — Я, может, не так сильна в цифрах, как ты, Брайн, но что-то мне подсказывает, что это будет число, стремящееся к нулю. — То ли для наглядности, то ли чтобы разозлить собеседника, женщина свела указательный и большой пальцы и посмотрела на Брайна через образовавшуюся щёлочку.
— Что с них возьмёшь! — скривился Брайн, — дикари!
— Эти, с позволения сказать, дикари, — на лице женщины заиграла язвительная улыбка, — охраняют наш род с того дня, как наши предки сюда пришли. Если не раньше. Есть источники, которые недвусмысленно утверждают, что именно альвары сопровождали первых мастеров из Затерянного Города.
— Ах Сильва, опять эти легенды! — делано воздел руки к каменному своду Брайн. — Так мы скоро всерьёз станем обсуждать предсказания Норы-прорицательницы.
— А я бы на твоём месте не отмахивалась, — Сильва недобро посмотрела на Брайна. — Не всё в этом мире так горячо любимые тобой цифры и производные от них объяснить могут.
— Может, отложите выяснение своих отношений до лучших времён? — властно произнесла Мага. — Знакомый нам всем мир и столетние устои рушатся на наших глазах, а вы всё не угомонитесь.
— Да что мне с ним выяснять, — вспыхнула Сильва. — Он за своими цифрами и вычислениями ничего вокруг не замечает! Плюс завышенное самомнение. — Она фыркнула. — Совершено необоснованное, между прочим!
