― Без понятия. Ублюдок молчит. ― Винни наклоняет голову со зловещей ухмылкой на губах. ― Хочешь попробовать заставить его говорить?
Я перевожу взгляд с брата на этого ублюдка. Мысль о том, что он пришел сюда, чтобы причинить вред моей дочери или Кэтрин, заставляет мою кровь кипеть. Да, черт возьми, я хочу выяснить, почему. Я смотрю на инструменты, которые Винни разложил на полу. Они предназначены для причинения боли, это орудия пыток.
― Я сейчас вернусь. ― Я снова поднимаю взгляд на Винни. ― И да, думаю, я хочу попробовать.
Я бегу наверх и быстро нахожу хоккейную клюшку и пакет с шайбами. Если вы когда-нибудь сталкивались с тем, как один из этих маленьких черных дисков влетает в вас со всей силы, то знаете, что это чертовски больно. Мне не нужны инструменты моего брата. У меня есть свои.
В тот момент, когда я спускаюсь обратно, Винни смотрит в мою сторону и, хмурясь, разглядывает мое снаряжение. Я игнорирую его, бросаю шайбы на землю и подхожу к парню, висящему на цепях.
― Я дам тебе только один шанс. Какого хрена ты здесь делал? ― спрашиваю я его. Засранец улыбается мне и сплевывает кровь в мою сторону. Я отступаю назад, чтобы избежать брызг. ― Не говори, что я тебя не предупреждал. ― Затем я настраиваюсь на первый удар. ― В тебя когда-нибудь попадала хоккейная шайба? ― Я наблюдаю, как его взгляд мечется между мной и шайбой на полу, а затем на его лице мелькает беспокойство. ― Нет? ― Я приподнимаю бровь, повторяя выражение лица Винни, выравниваю шайбу и смотрю этому ублюдку прямо в глаза. ― Все нормально. Это только немного больно.
Я замахиваюсь и наношу идеальный удар. Шайба летит вперед и попадает ему прямо в висок, потому что в последний момент этот ублюдок пугается и поворачивает голову. Он кричит от боли. Я уверен, что этого удара было достаточно, чтобы сломать или, по крайней мере, раздробить несколько костей. Я устанавливаю следующую шайбу и замахиваюсь, на этот раз целясь в его торс, и попадаю ему прямо в кишки. Мгновенно образуется огромная красная рана.
― Почему ты здесь? ― спрашиваю я его снова.
― Пошел ты, ― усмехается он, и я целюсь в его яйца и попадаю точно куда планировал.
― Почему ты здесь? ― громко спрашиваю я, перекрывая его крики, когда отправляю в полет следующую шайбу.
― Ладно! Я здесь из-за женщины и девочки, ― стонет он, пытаясь сжать бедра и немного ослабить боль. ― Я просто делаю свою работу, чувак.
Я не знаю, что на меня нашло. Но мое зрение заливает красным. Фигурально и буквально. Я пускаю в его тело шайбу за шайбой, и ярость бурлит в моей крови тем сильнее, чем больше я проливаю его крови.
― Почему? ― кричу я.
― Я не знаю. Это… ах… Черт! Остановись!
― Какого хрена ты пришел за ними? ― Я кричу так громко, что у меня болит горло, и я чувствую, как вены на лбу почти лопаются.
― Босс их хочет, ― говорит он.
― Кто твой босс? ― Я опускаю клюшку и впиваюсь в ублюдка взглядом. Он избит, в крови, кости сломаны. Но все это не может погасить гнев, который все еще бурлит в моих венах.
― Дэвид Дюваль, ― говорит он. ― Пожалуйста, отпустите меня. Я уеду из города. Я не вернусь. Я клянусь. Просто отпустите меня, ― умоляет он.
Моя клюшка падает на пол. Я даже не помню, как уронил ее, когда подхожу к маленькой сумке Винни с инструментами и беру нож. ― Понимаешь, проблема в том, что ты пришел за моей дочерью, ― говорю я. Парень качает головой, а я хватаю левой рукой прядь его волос. ― Я не могу позволить тебе дышать одним воздухом с ней. Любой мудак, готовый причинить боль маленькой девочке, не заслуживает пощады, ― говорю я, прежде чем воткнуть острый конец лезвия в его шею.
Когда я вытаскиваю его, кровь течет из зияющей дыры как река. Я стою и смотрю, не заботясь о том, что выгляжу так, будто только что вышел из фильма ужасов. Я слишком загипнотизирован этим зрелищем. Всем этим красным.
― Черт. Грейсон. ― Винни хватает меня за руку, отбирает нож и бросает его на пол. ― Приберитесь здесь, ― кричит он остальным четырем парням в комнате. Затем снова поворачивается ко мне. ― Пойдем. — Он берет меня за руку и тащит вверх по лестнице. ― Тебе не нужно было этого делать. Я бы все закончил.
― Все в порядке, ― ворчу я.
― Нет, не в порядке. Ты гребаный хоккеист, Грейсон, а не убийца. ― Винни пихает меня в гостевую ванную.
― Он пришел за моей дочерью, Винни. Какого хрена ты ожидал от меня? ― Я бью его в грудь, отталкивая на несколько шагов назад. Подальше от меня и моей ярости.
― Иди в душ. И отдай мне свою одежду. Мне нужно ее сжечь.
Я сжимаю ворот своей футболки и стягиваю ее через голову, а затем бросаю на пол.
― Как ты думаешь, почему Дювали преследуют Кэтрин?
― Она украла у них, ― говорю я ему. ― Шесть лет назад. Вот почему она сбежала. Она рассказала мне, что к ней пришли двое полицейских, которые показали ей фотографии каких-то трупов, которых, как они утверждали, папа, ты и я уложили в землю. Потом они поставили ее перед выбором ― дать показания против меня или они передадут ее Дювалям.
― Что, черт возьми, она у них украла? ― спрашивает он.
― Деньги. Она взломала их банковские счета, чтобы заплатить за колледж.
