Исход полностью

Я веду Кэтрин в свою спальню и закрываю дверь. Она заходит внутрь и садится на кровать, а затем встает. Она молчит, оглядываясь по сторонам, рассматривая мои трофеи и прочее дерьмо на полках вдоль одной из стен.

― Ты в порядке? ― спрашиваю я.

― М-м-м. Так вот где ты вырос? ― Она улыбается. ― Это очень… похоже на тебя.

― Что это значит?

― Я не знаю. Просто комната… она тебе подходит. Она мужская, но в то же время домашняя и уютная. В ней чувствуешь себя… в безопасности, ― говорит она.

― Ты знаешь, что со мной ты всегда в безопасности, Кэтрин. Я умру прежде, чем позволю кому-то причинить тебе боль, ― говорю я ей.

― Я знаю. Но твоя смерть… то, что причинит тебе боль, будет самым худшим, что может случиться со мной. Так что не делай этого.

― Я не собираюсь.

― Хорошо. ― Она усмехается.

― У меня есть планы. У нас есть планы.

― Планы на Кубок Стэнли, ― говорит она.

― Именно. Я собираюсь попасть в НХЛ. Я выиграю этот Кубок, и мы с тобой будем пить из него. Вместе.

― Не совсем понимаю, как ты собираешься это осуществить, но если кто-то и может это сделать, то, я уверена, это ты, Грейсон, ― говорит она.

― Мне очень нравится, что ты здесь, ― говорю я ей. ― Ты даже не представляешь, сколько раз я фантазировал о том, как трахну тебя на этой кровати. ― Я протягиваю руку и щелкаю замком на своей двери.

Кэтрин отступает назад, пока ее колени не касаются кровати. Она садится и проводит рукой по покрывалу.

― Этой кровати?

Я киваю головой, медленно приближаясь к ней и одновременно раздеваясь.

― Что мы делали в этих твоих фантазиях, Грей? ― спрашивает она меня.

― Очень много всего. Грязные, очень грязные вещи. То, что лучше я покажу тебе, чем расскажу.

― Ну давай, покажи мне, ― говорит она.

― Встань. ― Я останавливаюсь прямо перед ней. Когда она встает на ноги, я приказываю ей раздеться.

Кэтрин чертовски послушна. Она никогда не перечит, когда я говорю ей что-то сделать в спальне. Она просто делает это, не задумываясь. Но когда она тянется к подолу свитера, раздается стук в дверь.

― Грей, папа просил передать, чтобы ты спускался. Ужин готов, ― кричит Алия с той стороны.

― Иду, ― отвечаю я сестре. ― Хотел бы я сначала кончить, ― ворчу я себе под нос.

― Пойдем, у нас еще много времени, чтобы воплотить твои фантазии, ― говорит Кэтрин, поправляя свою одежду.

Я снова надеваю футболку, открываю дверь и ожидаю увидеть там Алию, которая ждет нас, но ее нет.

Когда через несколько минут мы входим в столовую, все уже сидят за столом.

― Папа, это Кэтрин, ― говорю я, выдвигая стул, чтобы она могла сесть. ― Кэтрин, папа. Но ты можешь называть его Джейкоб.

― Кэтрин, приятно наконец-то познакомиться с тобой. ― Папа улыбается ей.

― Я тоже, мистер Мон… то есть Джейкоб. Я так много о вас слышала. ― Волнение Кэтрин чувствуется в ее голосе и в том, как он дрожит, когда она говорит.

Отец поднимает одну бровь.

― Не верь ничему из этого.

― Я ― Джона, ― говорит мой брат.

― Ты изучаешь бизнес, верно? ― спрашивает его Кэтрин.

― Да, я умный. ― Джона гордо улыбается своему самопровозглашенному статусу.

― Неправда. Я умнее вас всех троих вместе взятых. ― Голос Алии становится пронзительным, она говорит так громко, будто хочет, чтобы ее услышал весь дом.

Кэтрин смотрит на меня. Она не знает, как реагировать. Я сажусь рядом с ней и беру ее за руку. Моя семья шумная. Ей придется привыкнуть к этому.

― Как дела в школе, Алия? ― спрашиваю я сестру.

― Хорошо, я теперь в команде поддержки. ― Она сияет.

Я скрежещу зубами. Моя младшая сестра в команде поддержки ― это не то, с чем я готов смириться. Я всю жизнь был спортсменом, а значит, прекрасно знаю, что они делают с чирлидершами.

― Папа, ты же не можешь всерьез позволить ей заниматься этим.

― Почему я не должен позволять ей? ― спрашивает он меня.

― Потому что чирлидерши ходят по школе полуголые, и у парней, когда они смотрят на них, на уме только одно. Особенно у спортсменов. Я не позволю, чтобы моя сестра стала хоккейной зайкой, ― рычу я.

― Расслабься. Никто не тронет твою сестру, ― говорит папа.

― Откуда ты знаешь? ― бросаю я ему вызов.

― Потому что она моя дочь. Вот откуда я знаю. Неужели ты думаешь, что я позволю какому-то сопляку подойти к ней достаточно близко, чтобы дотронуться до нее?

― Ты не знал, когда я… ― Черт. Я захлопываю рот.

Я хотел сказать ― когда я трахал девчонку в раздевалке в той же школе. Но я не могу сказать это, когда рядом со мной сидит Кэтрин. То есть она знает, что я не был святым до встречи с ней, но я не собираюсь тыкать ей в лицо этим фактом. Она также прекрасно знает, что я собирался сказать. Я смотрю на нее и вижу, что она кусает губу, стараясь не улыбаться.

― Когда ты что? ― спрашивает Алия.

― Не твое дело. Просто уйди из группы поддержки. Ты даже не любишь чирлидинг, ― говорю я ей.

― Не люблю. Но это хорошо выглядит в моих заявлениях в колледжи. ― Она пожимает плечами.

― Одна твоя фамилия поможет тебе поступить в любой гребаный колледж, ― напоминаю я ей.

― Язык, ― ворчит папа.