После запуска режима настройки ворота проявились в реальности и стали видны с Земли в телескопы. Сейчас они выглядели как светло-фиолетовое кольцо диаметром чуть больше километра, закрепленное на массивной платформе. Для активации необходимо было сквозь них пролететь. К слову, скорость полета ворот по орбите из-за того самого «каната» была в десять раз меньше положенной[1], но это не являлось проблемой.
До Луны добирались двенадцать с половиной минут. Вообще, от Земли до ее спутника «Мотылёк» мог долететь секунд за пять, но такая скорость была не нужна. Экипаж приходил в себя после взлета. Эндрю Коул и Мэт Макмэрфи, сидя справа от него, едва успевали вести репортаж, обсуждая увиденное на обзорном экране, поэтому торопиться не стоило.
«Спешка нужна при ловле блох и при поносе», — в ответ на вопрос напомнила капитану его подруга, и он с ней по привычке не спорил. Спросил только, что означают эти явления, и все двенадцать минут полета до спутника слушал подробные объяснения о кусающихся насекомых и патологических состояниях человеческого организма.
С Земли взлетели без каких-либо проблем, и атмосферу покинули через две с небольшим минуты после старта с поверхности. Зная о проблемах с искусственной гравитацией, Алекс настрого запретил экипажу с вечера принимать пищу и пить за два часа до старта корабля. Семенченко проконтролировал, и никаких проблем не возникло. В том смысле, что никто не блевал.
Настроение у экипажа выровнялось, как только за обзорным окном потемнело. Сообразив, что живы и уже находятся в космосе, ученые выдохнули и взбодрились. Двое продолжили вести репортаж. Остальные принялись завороженно смотреть на обзорный экран, за которым постепенно увеличивалась приближающаяся Луна, являя наблюдателям свои горные цепи, равнины и кратеры.
Алекса вся эта геология не интересовала. Он слушал объяснения Мики, кивал и готовился к активации Пространственных ворот. Прекрасно зная свою подругу, капитан понимал, что та отвлекает его этими глупыми разговорами о поносе и блохах, а значит, в момент активации могло произойти что угодно. Нет, о прямой угрозе Мика его бы предупредила, но она, судя по всему, и сама не разобралась пока с тем, что их всех ожидает.
— Апеннинские горы, пик Гюйгенса, Море Дождей… — завороженно произнес сидящий слева Володя, в тот момент, когда Луна уже занимала четверть экрана. — Это потрясающе… Мне кажется: я сплю.
— Ага, — хмыкнула в канале Иола. — Полтора месяца уже все никак не проснешься.
— Что бы ты понимала, — друг потряс головой и скосил взгляд на Алекса. — Вам хорошо, вы навидались такого…
— Конечно, навидались, — капитан усмехнулся, направляя корабль к воротам. — Ты главное шлем не забудь надеть, когда будем высаживаться. А то ведь у вас тут принято в брезентовых куртках и шапках.
— На Луне чужих нет, — Володя усмехнулся в ответ. — Так что можно и в шапке.
— Готовимся! — в общий канал произнесла Мика, когда до ворот оставалось не больше ста километров.
Повинуясь команде, стоящие за спиной ученые перестали обсуждать поверхность Луны, и в рубке повисла напряженная тишина. Подруга в подпространстве поднялась с кресла и скрестила руки перед грудью. Володя подался вперед, словно бы пытаясь разглядеть приближающиеся ворота. Ярко вспыхнуло в черноте далекое солнце. «Еще бы понять, к чему конкретно нужно готовиться», — подумал капитан и, выключив двигатели, направил корабль в фиолетовое кольцо.
Когда до ворот оставались считанные километры, у Алекса ожидаемо заледенело предплечье. Реальность перед глазами пошла волной, диск ворот сложился в гармошку, а в следующий миг где-то впереди прозвучали автоматные очереди, и по ушам ударил грохот близких разрывов…
[1] Объект на орбите Луны будет двигаться со скоростью примерно 1,6 км/с (около 5760 км/ч). Эта скорость может незначительно меняться в зависимости от высоты орбиты, необходимой траектории, гравитационных возмущений.
Реальность прояснилась, и Алекс увидел горящие танки. Два разбитых ШТ-10–450 дымно горели в воротах какого-то гарнизона или укрепления — сразу разобрать было сложно. Картинка давалась в серо-зеленых цветах, снимающая аппаратура находилась слишком близко к поверхности. Своего тела Алекс не чувствовал, мог только слышать и смотреть.
Местность вокруг была ровной — городская площадь или что-то похожее. И бой тут был в самом разгаре. Метрах в сорока между ним и танками лежали тела убитых солдат. Всего пятеро, в плохо различимой форме. Откуда-то справа доносился стук пулемета. Кто-то, похоже, штурмовал гарнизон, который обороняли двое бойцов из его Легиона.
За спинами обороняющихся поднимались клубы черного дыма, блокпост на въезде был разбит, часть стены обвалилась, и за ней просматривалось какое-то горящее здание.
В тот момент, когда пошло изображение один из братьев стрелял длинными очередями куда-то вправо из КРП-47, второй находился за остовом горящего танка. Вдали за их спинами что-то рвалось, и оттуда тоже доносилась стрельба.
