— Возможно «кошмар» — не самое верное слово. Я имею в виду, что он умен как черт. Биржевой брокер; люди говорят, он получает уйму денег помимо той зарплаты, что ему платят в фирме. Трудится без устали, никогда и слова не скажет. Такими людьми я восхищаюсь, инспектор, но, честно говоря, они меня не интересуют. Он заходит сюда время от времени и спокойно сидит в углу, попивая тоник.
— Но зачем он приходит сюда?
— Бог его знает. Должно быть, чтобы узнать деревенские новости. Он нашел метод получать ответы, не задавая вопросов, не говоря ни слова — если вы понимаете, о чем я. Иногда он часами сидит и слушает, а сам больше десятка слов и не скажет. Следует методу абердинцев: не тратит впустую слова, время или деньги.
— Странный человек, — задумчиво заметил Флеминг, и молодой владелец гостиницы согласно закивал:
— Я вдруг вспомнил один случай, — продолжил он. — Маколей, Роберт Маколей, в начале прошлой недели заглянул сюда, как всегда заказал свой тоник, а затем вдруг поведал о двух событиях. Это было так не похоже на него, я не мог не удивиться. Хотя то, что он рассказал, вовсе не представляет интереса — во всяком случае, для вас. Всего лишь обычные сплетни.
— И все же расскажите мне об этом, — попросил Флеминг.
— Что ж, во-первых, он сказал, что Перитон повезет миссис Коллис в Лондон, чтобы посмотреть пьесу.
— И это все?
Карью заколебался.
— Это все, что он сказал. Но, конечно, он имел в виду нечто куда большее. Говоря о «пьесе», он подмигнул, и это выглядело ужасно неприятно. Было не трудно догадаться, что он имел в виду. Полдюжины выпивавших здесь фермеров просто умирали со смеху.
— Ясно. А второе?
— Он сказал, что пастор бегает за миссис Коллис. Поначалу никто ему не поверил, но я-то видел, что все они задумались и заинтересовались этим.
— Понятно, — глубокомысленно сказал Флеминг. — Не думаю, что это много дает.
Он запомнил эту информацию и сменил тему. Флеминг выяснял важные детали, как бы невзначай выведывая у незнакомцев обыкновенные, но стоящие внимания сплетни. Если незнакомец будет считать, что может быть полезен, от него ничего не удастся узнать. Это был один из принципов Флеминга.
— А теперь насчет этого Лоуренса, — сказал сыщик. — Он выходил по вечерам, а весь день оставался в гостинице?
— Совершенно верно. Чудак. Это напомнило мне… я вспомнил еще кое-что о нем, инспектор. Не знаю, имеет ли это хоть какое-то значение…
— Не думайте о значении. Я вас слушаю.
— Это произошло в одну из ночей на прошлой неделе. Пожалуй, было около одиннадцати часов вечера, и я возвращался с охоты на мотыльков, шел по направлению к Перротс и встретил Лоуренса там, где дорога сворачивает к поместью. Лоуренс шел со стороны поместья и, казалось, был в прекрасном настроении, так как энергично насвистывал. Мне показалось, что я узнал мелодию, но я никак не мог вспомнить, что же это за песня, пока вдруг не проснулся среди ночи и не понял, что вспомнил ее. Это была старая немецкая застольная песня, я выучил ее еще до войны, когда был в Гейдельберге. Она называется
— Может быть. Я не знаю, — сказал Флеминг и поднялся с места. — Что ж, капитан, я собираюсь отправиться в постель. У меня впереди трудный день. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, инспектор. И приятных снов, — ответил Карью.
Поднявшись наверх, инспектор Флеминг обнаружил, что его помощник, сержант Мэйтленд, ждет его в номере.
— Какие-то новости? — спросил он.
— Ничего конкретного, сэр, кроме того, что Джон Лоуренс отбыл в Лондон первым утренним поездом из Пондовера. У него был маленький чемодан. Насколько известно, ни на одной станции между Пондовером и Лондоном он не сходил. К тому же билеты до Лондона не сдавались на промежуточных станциях. Главное управление получило его описание и разослало предупреждение в порты.
— Хорошо! Я только что узнал о его возможной связи с Германией. Запросите информацию по коммерческим атташе и консульствам.
— Есть, сэр.
— И по частным детективным агентствам. Мэйтленд, мне кажется, что он с большой вероятностью может оказаться частным детективом, а не кем-то другим. Никто в здравом уме, собираясь совершить убийство, не стал бы вести себя, как он — селиться в ближайшем отеле, выходить каждый вечер, ни с кем не разговаривать, ничего не делать — не ходить ни на рыбалку, ни на охоту, не рисовать пейзажей, а потом вдруг исчезнуть ранним утром. Это невероятно. С другой стороны, предположим, что его кто-то нанял, чтобы следить за Перитоном и мисс Мандулян. Что насчет них?
— Лакей из поместья сегодня вечером выпил лишнего в «Снопе пшеницы», сэр, и дал понять, что Перитон проводил в поместье больше времени, чем все предполагали; он бывал там между полуночью и двумя часами утра.
