— Положение таково, — объяснил он в общих чертах. — Есть по крайней мере четыре человека, которые причастны либо к самому убийству, либо к отдельному преступлению, преступному сговору. Когда я говорю, что они причастны, я имею в виду, что все четверо имели возможность совершить убийство, по меньшей мере, трое имели мотив для совершения убийства и, по крайней мере, трое — мотив для участия в сговоре. Я предлагаю распространить по деревне определенную информацию — между прочим, это правдивая информация — и в результате, как я очень надеюсь, виновные могут совершить опрометчивый поступок. Поэтому я хочу, чтобы за этими четырьмя наблюдали днем и ночью. Я договорюсь с персоналом почтового отделения в Пондовере, чтобы устроить одного из вас на телефонную станцию Килби и на время принять почтальона из Килби в Пондовер так, что один из вас сможет выполнять его обязанности здесь. В каждом пабе должен быть дежурный, который сможет услышать что-нибудь за исключением обычных разговоров. Сержант Мэйтленд организует дневные и ночные смены дежурных. Четверо подозреваемых — Теодор Мандулян, Дидо Мандулян, Адриан и Роберт Маколеи.
— А информация, которую мы должны распространить, сэр? — спросил Мэйтленд.
— Этой информацией является то, что дело против Джона Лоуренса находится под угрозой закрытия вследствие нехватки доказательств. Вы улавливаете идею, сержант? Кому-то из них может прийти в голову идея завершить дело, предоставив новые доказательства, просто чтобы, так сказать, протянуть нам руку помощи в осуждении Лоуренса. Вы все понимаете это? То, что я пытаюсь получить — это доказательство, что кто-то подготовит улики против Лоуренса. И это будет один из этих четверых.
— И тот, кто это сделает, и есть убийца, — сказал Мэйтленд почти шепотом.
— Не обязательно, — ответил Флеминг. — Понимаете, как я уже сказал, тут вполне определенно прослеживаются два преступления. Есть убийство Перитона и есть сговор, чтобы обвинить в этом убийстве Лоуренса. Кстати говоря, я абсолютно уверен, что Лоуренс его не совершал. Я также уверен в том, что убийца и заговорщик — это два разных человека; на самом деле, об этом убедительно свидетельствует наличие двух ножей. Таким образом, наша маленькая хитрость может выманить убийцу, который попытается обезопасить себя, или может выманить заговорщика, который попытается закрепить свой сговор.
— Или это может выманить их обоих, — продолжил Мэйтленд.
Флеминг улыбнулся.
— Мне нравятся оптимисты в моем окружении, — заметил он. — Эта черта — все для сотрудников Скотленд-Ярда. Мэйтленд, мне нужно, чтобы сегодня в половине двенадцатого здесь прошли четверо мужчин в униформе и с лопатами. А теперь ступайте, если ни у кого нет вопросов. Нет? Хорошо.
Мужчины последовали за сержантом вниз, а инспектор сел писать записку Роберту Маколею, в которой говорилось следующее:
Инспектор отправил это письмо с полицейским в униформе, а затем удалился в бильярдную для пары часов спокойного времяпрепровождения до прибытия эксперта министерства внутренних дел с приказом об эксгумации. Был двенадцатый час, когда подъехала большая машина с сэром Оскаром Лезербриджем, аналитиком министерства внутренних дел, и двумя его помощниками. Флеминг поприветствовал эксперта, кратко объяснил, чего он хочет, и условился, что его разбудят, когда отчет будет готов. После этого он тут же отправился спать. В три часа он внезапно проснулся и обнаружил, что в его комнате горит свет, а сэр Оскар сидит у его кровати.
— Что ж, инспектор, — сказал аналитик, — я закончил. Я сейчас же еду обратно в Лондон.
— И вы обнаружили…
