Валерона я не видел, но по его морде наверняка расплывалось выражение всеобъемлющего счастья, поскольку он не мог не понять, что эксперимент будут проводить на нем. Всего за сто коробок шоколадных конфет можно получить дополнительный куб внутреннего хранилища и не ломать голову, куда в случае чего запихивать Михайлова. Правда, Валерон о моих коварных мыслях не подозревает, что к лучшему. Тем более что трупы — это временно, а увеличение внутреннего пространства — постоянно.
Прохоров действительно встал очень рано и уехал, вызвав тем самым возмущение Валерона.
— Представляешь, он даже на завтрак ничего не поставил.
— Он же за конфетами для тебя поехал. Разве в таком важном деле может быть задержка?
— Завтрак тоже важное дело, — не согласился Валерон. — Ладно, согласен на завтрак и от тебя.
Кран на кухне был только один. При покупке я его не проверял, сейчас с трудом открыл. Вода потекла тонкой струйкой и ржавая, хорошо хоть сразу в трубу — раковины-то не было. Но спускать придется долго.
Понял это и Валерон.
— Давай, я в старый наш дом сгоняю? — предложил он. — Пока эти трубы прочистятся, состариться можно.
— Сгоняй, — согласился я. — Здесь, похоже, вообще всю систему менять надо.
Кран я закрывать не стал — пусть ржа вытекает, уселся на табуретку и стал прикидывать, что нужно в этот дом и есть ли смысл этим заниматься, если через пару месяцев дом мне уже не понадобится.
Валерон все не возвращался, и я решил глянуть навыки, изменилось ли что за ночь. Неожиданно поднялось на уровень блокирование боли, хотя меня никто даже не оцарапал. Значит, с кого-то цепанул и теперь могу заглушить боль аж на полминуты. Уже прилично. Сила поднялась до седьмого уровня, что не могло не радовать. Подрос иммунитет к ядам до третьего уровня. Искра, на удивление, не изменилась, а вот Теневая стрела взяла аж два уровня и достигла двадцать шестого. Теневой кинжал пробил рубеж в десятый уровень и теперь мог похвастаться сантиметровым лезвием. Таким, конечно, особо урон не нанесешь, глубоко не прорежешь, но это же не конец роста.
Еще подросли такие полезные навыки, как интуиция и ночное зрение — до восьмого и пятого уровня, соответственно.
Кристаллы я просмотреть не успел, так как вернулся Валерон, настолько взбудораженный, что вывалился из бесплотного состояния вместе с котлом, в котором принес воду.
— Мы идиоты, — заявил он. — Тупые непроходимые идиоты.
— Я бы попросил, — намекнул я. — Про себя можешь говорить что угодно, а про меня — только с приведением доказательных фактов.
— Мы могли снять все доски с пола — и не сняли, — уверенно сказал он. — Зато тот, кто пришел, когда мы уехали, это сделал. И знаешь что? В кухонном уголке был еще один тайник. Маленький, а значит, там были ценные вещи. Или деньги, или артефакты.
Валерон с расстройства чуть не плакал. Для него это выглядело, как будто мы подарили неизвестному злоумышленнику ценности. Хотя почему неизвестному?
— Там наверняка побывал Михайлов, а значит, если там было что-то ценное, то он и забрал. А может, там вообще ничего не было — Астахов забрал раньше.
— Там точно что-то лежало, — убежденно заявил Валерон. — Следы свежие. То есть нас сначала обокрал Куликов, а потом Михайлов.
— Этого так оставить нельзя, — вмешался в наш разговор Митя, до этого тихо прислушивающийся. — Свое отдавать нельзя. Нужно обокрасть их.
— Вот, даже железный паук это понимает, — воодушевился Валерон. — Мы нищие, а у нас отобрали последнее. Нужно вернуть.
— Что вернуть?
— То, что украли.
— А что украли?
— Откуда мне знать? — вытаращился на меня Валерон. — Ты же не удосужился проверить тайники под полом после того, как я выявил один? И что в результате? Украли наше и что-то ценное.
— Это плохо, — сказал Митя. — Наше никто не имеет права брать.
Кажется, он переобщался с Валероном…
— Вот именно! — Хвост Валерона воинственно поднялся. — Это требует возврата с процентами. И не говори, что грабить Михайлова плохо.
— Не скажу. Скажу, что я зря поиск тайников не взял.
— Бери следующим, — Валерон заинтересованно поводил носом. — Дом большой, тайники могут быть где угодно.
— Под полом ты можешь и так проверить.
— Да уж, придется. Больше я такой ошибки не допущу. Так, готовь что-нибудь на завтрак, а я быстро сбегаю до Михайлова. Узнаю, не замышляет ли чего и где спертое у нас. А главное — что там было. Вот ведь деятель: на минуту отвернешься — и тебя уже обнесли. А ведь он полицейский, должен следовать закону. Нашел — и сразу отнес настоящему владельцу. Ничего, мы исправим эту несправедливость.
На этом он ушел в невидимость, чтобы отправиться вершить справедливость так, как он это понимал. Михайлова было не жалко, но я все равно предупредил:
— Ты только чужого не тырь.
— Я сначала осмотрюсь, — недовольно тявкнул. — И возьму только, если убедюсь, что это наше. А если что случайно лишнего прихвачу — это будет компенсация за попытку нас обворовать. В меня еще много компенсации войдет.
Может, и не такая хорошая идея увеличивать внутреннее хранилище Валерону?
