— Знаешь что, Андрюша! — если бы с помощью мобильной связи можно было плеваться, то сейчас, похоже, у меня было бы заплёвано всё лицо. — Держи свои советы при себе. Хочешь жить овощем — живи себе на здоровье! А я хищник, поэтому не собираюсь спрашивать разрешения взять то, что принадлежит мне по праву! Ты меня понял?
— И вам тоже всего самого наилучшего, товарищ майор, — улыбнулся я в трубку. — Берегите здоровье и не кашляйте.
Нажав кнопку отбоя, я постоял пару минут на балконе, разглядывая городской пейзаж, а затем поёжился и отправился в квартиру. На душе у меня было легко и спокойно. Точки над всеми буквами «И» и «Ё» расставлены, так что надеюсь больше Ледовский не будет доставать меня своими настойчивыми просьбами.
— Ну и чего ты весь такой счастливый? — мои надежды, что Эдик обиделся и не стал меня дожидаться, успехом, к сожалению, не увенчались. Полковник стоял в прихожей и буквально взглядом требовал немедленного отчёта о разговоре с Ледовским.
— Да вот, — не торопясь снял я куртку, нарочно затягивая паузу. Позлить Эдика — это бесценно, для всего остального есть заначка в старом рюкзаке на антресоли. Степан правда заявил, что подобные схроны в моем случае организуют только клинические идиоты, но мне почему-то было так спокойнее. — Наш общий знакомый звонил. Рассказывал о чудесном исцелении и качестве современных пуль, которые никак не хотят перевариваться.
— Я и без твоих кривляний понял, что звонил Ледовский, — недовольным голосом ответил Эдик. Из кухни выглянул Мерзкий, а следом за ним мелькнула и Светкина голова. — Я не понимаю только, что именно ты мог обсуждать с ним так долго. И почему нельзя было поговорить здесь? К чему это ребячество?
— Эдик, ну не морщи лоб, — заулыбался я в ответ. Хорошее настроение внутри меня буквально бурлило и требовало выхода наружу. — Ты же наверняка хочешь стать генералом, а кто тебя назначит с такими морщинами? Генерал должен обладать гладкими щёчками, чтобы они хорошо смотрелись на парадных фотографиях. А на твою рожу глянешь, так сразу плюнуть хочется!
— Андрей! — рявкнул Эдик. — Хватит паясничать! Мы совсем недавно говорили о том, что этот майор может угрожать твоей семье и тебе надо думать об их безопасности, а теперь ты возвращаешься и несёшь какую-то требуху! Объясни нормально, что происходит!
— Объясняю нормально, — я не удержался и принял строевую стойку, изображая бравого солдата Швейка. — Я его послал, он обиделся, но всё-таки пошёл. Поэтому я искренне рассчитываю, что он отстанет от меня, моей семьи и больше я его никогда не увижу.
— Андрей, ты сейчас серьёзно или снова шутишь? — во взгляде Эдика сквозила откровенная жалость. — Такие люди никогда не отступают от задуманного. Если он решил, что хочет использовать тебя в своих планах, то, поверь мне, значит он сделает всё, чтобы этого добиться.
— Он не человек, а оборотень, — легкомысленно отмахнулся я от полковника. — Мы поговорили, и я думаю, что вполне себе поняли друг друга.
Затем я снова улыбнулся и крикнул в сторону кухни.
— Свет, а можно мне кофе?
— Папа! — выскочила из своей комнаты Алиска. — Смотри, что я нашла.
Девочка протягивала мне телефон с открытой интернет-страницей. Шоу дельфинов вместе с каким-то красочным представлением.
— Мы же сходим туда? Правда? — затараторила Алиса, дёргая меня за ремень. — Папа, ну давай сходим, ну, пожалуйста!
Эдик открыл было рот для возражений, но, натолкнувшись на мой предостерегающий взгляд, только шумно выдохнул и прошёл на кухню.
— Солнышко, мы обязательно сходим, — мягко отцепил я от себя руку девочки. — А когда именно, я пока не знаю. Давай мы с мамой обсудим и сообщим тебе. Хорошо?
— Хорошо, — кивнула Алиска и с криком кинулась на кухню. — Мама! Мама! Пойдём смотреть дельфинов! Мама! Они такие красивые!
Что ей отвечала Светка, расслышать было решительно невозможно, поэтому я прошёл вслед за девочкой и остановился.
Картина, конечно, забавная. В самом углу кухни сидел Мерзкий и пытался одновременно сделать два дела, а именно съесть огромный бутерброд с сыром, ветчиной и шпротами, параллельно прикидываясь ветошью, которую желательно не замечать и не трогать. Рядом с ним, нахохлившись, как воробей, сидел господин полковник и шумно вздыхал, пытаясь хотя бы так выразить своё отношение к происходящему.
У плиты стояла Светка и отбивалась от Алиски, которая совала ей прямо в нос смартфон с рекламой шоу и не переставая канючила:
— Папа согласен! Он мне сам только что сказал! Давай сегодня сходим! Ну, пожалуйста!
Однако, пластичность детской психики — вещь удивительная. Утренняя стрельба под окнами и переживания Светки за меня для девочки уже были чем-то абсолютно далёким и призрачным. Ребёнок жил моментом, и желательно, чтобы этот момент был ярким и счастливым.
— Мама, ну давай пойдём! — в сотый раз повторила Алиска, но тут уже на помощь Светке пришёл я.
— Алиса, чем дольше ты отвлекаешь маму, тем меньше шансов, что мы пойдём туда именно сегодня. Давай, иди в комнату и дай взрослым немного пообщаться!
