— И у него был такой вредный брат. Он тактично намекнул мне убираться. Тоже мне, сама вежливость! А ведь я помогла его младшему брату и не убила собаку. Он мог хотя бы чаем угостить!
Моему негодованию не было предела. Сейчас, когда я чистая, и моей единственной мечтой не являться вымыться, я оглядываюсь назад и понимаю, что от чашечки теплого, травяного чая я бы уж точно не отказалась.
— Я бы тоже не пригласил тебя на чай, — фыркнул Чарли и скрестил руки на груди. — Ты воняла как мусоровоз.
Я уже хотела ответить, и, скорее всего, врезать наглецу, как Кристоф произнес:
— Хорошо, что ты оказалась там. Ребенок не продержался бы долго в нашем мире.
— Малыш был сильным. Думаю, что рано или поздно он решился бы пройти через портал, — воспоминания о Тае наполнили меня чувством теплоты. — Но я не понимаю, почему эльфы бояться людей?
— Все их страхи построены на рассказах тех, кто попал в наш мир и вернулся назад. Все их истории были основаны на том, чего они просто не понимали. Ведь наш мир в корне отличается от их.
— Хорошо, допустим. Но ведь это не относиться к жителям Эмбрилиона. Он видел, как я использовала свою магию.
— Ты — полукровка. В тебе чувствуется энергия двух миров, и любой другой житель Эмбрилиона смог бы почувствовать её. Смешение крови с человеческой у них считается чем-то грязным и неправильным.
Полукровка.
Слово отдалось дрожью во всем моем теле, скручивая внутренности в тугой узел. То, что я полукровка, не стало для меня новостью. Впервые мои способности раскрылись, когда мне было всего четыре. Тот день, когда моя сила вырвалась наружу, обернулся для меня кошмаром, который по сей день преследует меня в моих снах.
Моя жизнь кардинально изменилась в ту ночь.
Страшные, размытые временем воспоминания, словно старая кинопленка, вихрем закружились в моей голове. После того ужасного события я осталась полной сиротой, и меня отдали в детский дом. Несколько месяцев депрессии плохо влияли на мой организм и психику. Я не хотела есть, разговаривать, спать. Постоянно сидела в углу на кровати и смотрела в одну точку. Не реагировала на людей, предметы… Я была опустошена и разбита. Словно от маленькой девочки осталась только тусклая, пустая оболочка. Я медленно умирала.
Взрослые не знали, что со мной делать, и уже хотели принять жесткие меры, как на пороге детского дома появился Кристоф Увайт.
Помню, когда посмотрела в его глаза, увидела нежную улыбку, я впервые за все эти месяцы почувствовала тепло и спокойствие, заботу. Обещание защищать и оберегать. Он словно был окутан неким светом, аурой, которая излучала доброту, понимание. Она словно просила довериться мужчине.
И я заплакала.
Весь ужас, отчаяние, страх, горе вырвались наружу в горьких рыданиях четырехлетней девочки. Дальше я мало что помню. Воспоминания настолько давние, что многие моменты стерлись из памяти. Помню, как он подошел, взял меня на руки и начал шептать что-то ласковое, успокаивающие. Я не могла разобрать, что именно он говорил, мой плач звучал слишком громко. Я обнимала его крепко, не желая отпускать и плакала.
Сотрудники смотрели на нас со смесью разных эмоций: непонимание, удивление, шок, радость. Они не могли поверить, что ребенок, который «существовал» все эти месяцы, вот так просто обнял чужого человека и разразился в таких эмоциональных рыданиях.
Кристоф стал чудом и спасителем.
«— Как тебя зовут, малышка? — прошептал на ушко так тихо, чтобы только я услышала.
— Ло. Лори. — сквозь рыдания, охрипшем голосом, невнятно произнесла я и сильнее вцепилась в него.
— Теперь все будет хорошо, Лори, — он крепче прижал меня к себе. — Ты больше не одна.»
— Земля вызывает Лорэйн! Ау! — Чарли махал рукой перед моим лицом. Я несколько раз моргнула, возвращаясь из далекого прошлого назад, в настоящее. — Ты в порядке?
Я улыбнулась.
— Да, я в порядке. Просто немного задумалась.
— Ты выглядела так, словно погрузилась в транс. Видела бы ты свой туповатый взгляд… — не успел Чарли договорить, как я дала ему подзатыльник. — Ауч! — он схватился за голову. — За что?
— За «туповатый взгляд».
— Чокнутая ведьма. — пробурчал Чарли и с болью на лице потер затылок.
Я взглянула на Кристофа. Мужчина смотрела на нашу дружескую перепалку с улыбкой на устах и любовью в глазах.
— По легче, Лори, мой внук худоват для твоих ударов.
— И ты туда же, дед! Долго мне еще придется терпеть все эти унижения?
— Сначала одолей меня.
— Завтра! Мы будет драться завтра, в обед, на поляне возле реки! И на этот раз, ты проиграешь, Лорейн!
— Ты мастер на громкие слова, малыш Чарли. В этом ты произошел даже меня.
Весь оставшийся день мы провели в гостиной. У нас было много тем для разговоров. В основном они касались моей работы, которой у меня, к сожалению Кристофа и Чарли, нет.
Я не очень хорошо ладила с людьми, особенно с начальниками. Мне часто попадались старые извращенцы, которые считали, что я из разряда тех девушке, которые готовы переспать за место секретарши.
Все их домогательства заканчивались одинаково. Они лежали в тяжелом состоянии в больнице после удара током.
