Резко отвела свой смущенный взгляд от довольного моей реакцией дракона, посмотрела сначала наверх, потом в сторону.
— И где эти чертовы скалы? — нервно спросила я, и попыталась взять себя в руки и силой мысли заставить кровь отлить от щек. Хватит, хватит краснеть!
Рэйнайт усмехнулся, но не продолжил развивать эту тему. Он подошел ближе и его сапоги и.
— Вон там, — указал Рэйнайт, куда-то за моей спиной. Повернувшись к океану лицом, я прищурилась и увидела в дали маленькую черную точку.
— Почему они так далеко от берега? — поинтересовалась я, озадаченно посмотрев на Рэйнайта.
— Скалы Хирры не естественного происхождения. При их создании была задеяна очень сильная магия, и создатели не хотели, чтобы она повлияла на землю, — начал рассказ Рэйнайт. — Несколько тысяч лет назад после победы над Магами, которые начали восстание в попытке свергнуть власть и установить свои собственные порядки, первые правители Эмбрилиона создали это место и заточили оставшихся в живых магов сюда. С тех пор Скалы Хирры считаются тюрьмой, в которой заключены самые опасные преступники, — ответил Рэйнайт, напряженно глядя вперед. — Не многих преступников отправляют сюда. Смертная казнь намного милосердней, чем бесконечная жизнь в сердце этой тюрьмы, в окружении самых безжалостных и опасных тварей.
Я ловила каждое его слово, запоминала все детали. Единственное, что меня волновало, так это его рассказ о восстании Магов. Я слышала об этом впервые, и мне было крайне любопытно узнать подробности.
— Восстание Магов?
— Да. Это случилось тысячи лет назад, когда Эмбрилион только начал расцветать. Королевства создавались, города расстраивались и, в конце концов, мы превратились в огромное государство, которое охватило почти целый континент. Помимо нас здесь жили еще и люди. Их территории располагались на том месте, где сейчас находится Королевство Нериель, — сдержав паузу, он продолжил: — Почти каждый человек обладал магией, и человеческая армия могла похвастаться очень сильными магами. Никто не хотел вступать с ними в конфликт, и было решено держать нейтралитет по отношению друг к другу. И мы придерживались мира, ну, насколько могли, — он грустно усмехнулся. — Но ни одно перемирии не будет длится долго, если появится кто-то влиятельный, способный нарушить все законы и повести за собой целую армию единомышленников, фанатиков, желающих провозгласить себя господами всего мира, — Рэйнайт замолчал, и задумался о чем-то.
Он вглядывался в темное море, и по его лицу было невозможно понять, что он чувствует и о чем думает.
После минуты довольно таки напряденного молчания наконец-то продолжил свой рассказ:
— Никто до сих пор не знает, что спровоцировало магов на восстание. Возможно, это была жажда власти и территорий. Некоторые поговаривают, что все началось из-за женщины… Но факт остается фактом. Восстание длилось всего неделю, а унесло жизни многих жителей нашего края. Это кровавое пятно нашей истории.
Мне стало жутко от этого рассказа, и в то же время я была зла. Мои кулаки непроизвольно сжались, когда мой мозг начал рисовать картинки невинных жертв, погибнувших при Восстании.
Кто-то пожелал господства и решил добиться её путем крови, ненависти и насилия.
Я взглянула на Рэйнайта исподтишка. А разве он не хотел поступить точно так? Ради своих собственных амбиций и жажды власти, он хотел уничтожить целую деревню и её жителей.
Мне всегда было страшно представить, что за видение в ту ночь увидел Чарли. Как это могло быть, если бы я не смогла его остановить? Ответ просто: все пропахло бы дымом и смертью.
Но сейчас, когда он рассказывал о Восстании магов, он выглядел напряженным и задумчивым. Неужели и он думает о том, что случилось тогда, две недели назад? Сравнивает ситуации. Возможно, что ему даже жаль.
Нет.
Таких как он мне не жаль.
Я больше не хотела продолжать разговор об этом, ведь мой мозг снова начал кричать мне о том, что этот дракон враг и мне нужно быстрее уносить отсюда ноги, желательно куда подальше, рассказать всем правду и пойти на него войной. Но я снова занялась мозговой йогой и кое-как успокоилась.
Не сейчас. Еще будет время.
Я снова посмотрела на Скалы Хирры, точнее, на черную точку в море, и с любопытством спросила:
— И как эта тюрьма сдерживает настолько могущественных и опасных преступников?
— Вообще это секретная информация, но, думаю, ты никому не разболтаешь. Но если, хотя бы одна душа узнает…
— И что тогда? — с вызовом спросила я.
Он насмешливо оскалился и приподнял одну бровь. Я поглядела на него бесстрастным взглядом, поджала губы и, на его невысказанную угрозу, сказала:
— Ясно. Значит, мне грозит ночнушка.
— И очень, очень злой дракон.
— Зашью себе рот, — пообещала я, и снова посмотрела на море.
