— Я на пристань, — прокричала уже на ходу и во весь опор понеслась туда, где деревянный т-образный причал выходил в озеро. Потемневшие от времени и сырости доски тихонько поскрипывали под ногами, легкий ветерок игриво подхватывал волосы.
Я подошла к самому краю и замерла, устремив взгляд в даль. Невероятная красота. Сердце замирало от благоговения и на глаза набегали слезы. Так и бы и стояла, смотрела, дышала.
Спустя несколько минут ко мне присоединился Магницкий. Подошел и тихо встал рядом. Слезы еще активнее стали наворачиваться на глаза. Он, я, тишина. И никого на многие километры. Так трогательно, нежно…
— Плавать умеешь? — отрешенно поинтересовался Егор, рассматривая лес, подступавший местами к самой кромке воды.
— Да. — не без гордости произнесла я, — умею и люблю.
— Вот и славно, — он кивнул и коротким выверенным жестом отправил меня в полет. Я даже пикнуть не успела, как с головой погрузилась в воду.
Забарахталась, вынырнула и, отплёвываясь от воды, завопила:
— Егор!!!
— Да, дорогая, — он присел на корточки и заботливо смотрел на меня сверху вниз, — как водичка?
Вместо ответа я ударила ладонью по воде и окатила его водопадом брызг.
Он засмеялся, отскочил в сторону, словно проворный молодой олень.
— Ты меня сбросил! — причитала я, подплывая к узкой лестнице, уходящей с пирса в воду.
— Я молодец.
— Ты наглец, каких свет не видывал, — мне удалось выбраться из озера. Теперь я стояла сырая насквозь, с волосами, облепившими лицо, плечи и, наверняка, с черными разводами от туши.
— Зато сразу искупалась. Время даром не теряла, — продолжал потешаться надо мной этот несносный тролль.
— Взял бы сам и искупался! — я начала грозно на него надвигаться, намереваясь наказать обидчика.
Магницкий развёл руки в стороны и с неизменной улыбочкой стал от меня пятиться, провоцируя на погоню. Я настигла его и попыталась спихнуть с пристани, но уже через секунду снова улетела в воду, с на этот раз вопя во весь голос. Мой крик пронесся над водной гладью, ударил по прибрежной роще, спугнув стайку дроздов.
— Я тебя прибью, — пообещала, снова выгребая к лестнице.
— Удачи, — снисходительно улыбнулся он.
И снова попытка отыграться провалилась. Магницкий третий раз отправил меня в полет.
— Для приличия мог бы и поддаться разок.
— Мечтай больше, — он заправил руки в карманы и пошел к дому, — пока ты тут барахтаешься, пойду вещи занесу.
— Вещи он занесет, — бубнила я, забираясь на пристань, — джентльмен хренов.
— Я все слышу. Будешь ворчать как бабка — опять в озеро отправишься, — пообещал он.
К тому времени, как я сырая и взлохмаченная доковыляла до машины, Магницкий уже вынул из багажника свой спортивный рюкзак и мой раздутый голубой чемодан. Мы пошли к дому.
— Ванна здесь. Кухня там, наша комната — вперед по коридору, — махнул рукой куда-то вглубь дома, — чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях.
— Пойду переоденусь.
Я заскочила в душ, а после, обмотавшись в большое мягкое полотенце, вышла в нашу комнату.
— Какая большая кровать, — с благоговейным ужасом смотрела на монстра с резным изголовьем. На этом ложе можно было спать хоть вдоль, хоть поперек, и еще место останется.
Потом мой взгляд перескочил на окно от пола до потолка, с выходом на террасу.
— Какой вид!
— Меня больше кровать интересует, — Магницкий не позволил мне убежать на улицу. Подхватил на руки и не обращая внимания на мои писки закинул на середину траходрома.
— Егор, там же красота какая, а ты…
— А я собрался заняться кое-чем более интересным, чем рассматривание воды, неба и деревьев, — он сосредоточено стаскивал с меня влажное полотенце.
Я, конечно, сопротивлялась. Для вида. На самом деле от его взгляда, тяжелого, обжигающего в голове тут же зашумело, кровь забурлила, а внизу живота лопнул горячий пульсирующий шар.
Оставшись без одежды, я игриво оттолкнула его от себя.
— Даша…
— Тсс, — потянула за ремень на джинсах, — будешь себя хорошо вести, получишь десерт.
Мне давно хотелось это сделать. Губами обхватила крепкую плоть, втягивая в себя, лаская, прикрыв глаза от блаженства. Языком прошлась по напряденной головке, слизывая солоноватую влагу. Егор зарылся руками в мои волосы и, тяжело дыша, наблюдал за моими движениями. Я чувствовала, как его пылающий взгляд скользил по моему лицу. Слегка надавил на затылок, контролируя мои движения, вынуждая заглатывать еще глубже. Я старалась. Мне нравилось делать ему приятное, нравилось ощущать его вкус, нравилось чувствовать, как у самой от этих игр между ног становится невыносимо горячо и мокро. Нравилось задыхаться от нетерпения.
— Иди сюда, — надавил на плечи, опрокидывая на кровать. Потом схватил за щиколотки, подтягивая ближе к себе. Провел блестящим, от моей слюны членом по изнывающей от желания промежности и медленно, будто дразня, проник внутрь. Неторопливо погружаясь, миллиметр за миллиметром, растягивая, заполняя. Лишая здравого смысла и возможности дышать.
Размерные неторопливые движения, невесомые прикосновения рук — все это дразнило, распаляя все больше и больше.
