На удачу, во дворе расположившейся почти у самого края деревни избы не было ни души. Взволнованных событиями последних часов беглецов встретило самое что ни на есть спокойное и умиротворяющее своей безлюдной тишиной летнее утро. Никто не собирался препятствовать их попытке покинуть эти места. По крайней мере конкретно в данный момент.
Несмотря на все опасности, с которыми им возможно лишь предстояло столкнуться, в сердцах братьев и преисполнившегося к ним сочувствием Леля зажегся слабый огонек надежды на то, что путь окажется куда проще, нежели они того ожидали.
С каждым их шагом прочь вероятность погони становилась все более призрачной.
Лель, однако, и вовсе не думал, что теперь хоть кто-то осмелится броситься вслед за пересекающими едва освещенное солнцем поле фигурами, ведь едва заметно рассекающая рожь тропа, по которой они следовали – была ничем иным, как прямой дорогой к похоронившему под своими ветвями множество местных мужей лесу.
– Те, кто в силах своих не уверен, в лес за нами так и так не отправятся – одно дело двое человек, другое – Леший, али иная какая нечистая. Не так они смелы и дурны, чтобы животами своими за соседей лечь. Те же, что подюже вряд ли вперед скумекают, что мы к лесу двинем. А когда поймут, так с голыми руками туда никто не сунется, а мы за время их сборов уже далеко отойдем. Коль повезет, и вовсе преследовать не решатся, – объяснял часом25 ранее Деян свой план.
– А мы значит решимся?
Было очевидным, что место, куда не осмелится сунуться группа сильных мужчин не окажется приветливым пристанищем для безоружных беглецов, один из которых немощный и не способный устоять на собственных ногах юноша.
– И мы – нет. Что бы в лесу ни водилось, нам троим с ним не справиться – пойдем вдоль опушки. Деревья там густые, с деревни нас на таком расстоянии точно не увидят, да и Леший, глядишь, по опушкам не шарится.
Последнее Лелю казалось довольно сомнительным. Они до сих пор не знали, что убило аварского посла, прежде позволив ему выбраться к той самой опушке. Проверять же лично, что за зло поселилось в лесу, совершенно не хотелось. В конце концов, даже будучи бессмертным, Лель оставался простым, не наделенным особыми силами, а уж тем более боевыми навыками, духом страсти и, в случае чего, вряд ли смог бы уберечь от опасности сразу двоих.
К счастью, лес, в ветвях которого радостно играл легкий ветер, заставляя листья многочисленных деревьев переливаться в свете еще не опаляющего жаром, но уже заливающего все пространство утреннего солнца, выглядел довольно обычным. Время от времени глядя по сторонам, Лель изучал местные колориты, на которые вчера из-за свалившихся на него событий не обратил никакого внимания.
Пестреющий свежей зеленью и наполненный голосами уже давно проснувшихся птиц лес разительно отличался от мест, в которых Лель привык коротать большую часть своего времени, а также совершенно не соответствовал его представлениям о месте, где гости оказывались разодраны на клочки, стоило им лишь оказаться в его пределах.
Странным во всем этом умиротворяющем пейзаже Лель с уверенностью мог назвать лишь одно – темной энергии здесь было не больше, чем в покинутой ими избе братьев.
Если все эти убийства принадлежат самому что ни на есть обычному оголодавшему и случайно забредшему сюда волку или медведю, он будет даже немного расстроен.
Совсем капельку.
– Красиво здесь, правда? – из мыслей вырвал явно заметивший его взгляд Деян, за спиной которого завозился разбуженный ударившим в самое ухо басом младший брат.
Лель широко и белозубо улыбнулся, добавляя света и без того изобилующему им месту:
– Да очень.
Деян любовно обвел взглядом открывшийся им пейзаж.
– Когда Еремею было лет пять мы сюда ходили с соседскими детьми в хоронушки27 играть. Я тогда, конечно, уже в пору зрелости вошел и забавы оставил, но до того он жалостливо просил, что не мог ничего поделать. Да и не отпускать же его совсем одного… В деревне они играли, конечно, да под ногами у всех путались, приходилось откладывать все дела и идти сюда…
На миг в его глазах промелькнула грусть, тут же сменившаяся холодной решимостью, придав его и без того мужественному лицу еще более волевой вид.
– Не думал, что однажды придется здесь хорониться взаправду… от тех же…
– Все наладится, – поспешил приободрить его Лель, – скоро мы выйдем к дороге, а там уж день другой и с семьей свидитесь.
Далеко живет родня твоей женушки? Не дойдет ли до них дурная молва? А то, смотри, может место иное подыскать нужно. Слышал на западе тишь да гладь…
Эмоционально жестикулируя руками, Лель обернулся к своему собеседнику лишь для того, чтобы осознать, что шедший все время по левую руку тот теперь остался далеко позади.
Вперив взгляд в землю, тот недвижимо стоял на прежнем месте, не сделав ни шага.
– Я что-то не так сказал? – осторожно предположил Лель, подходя ближе.
Деян покачал головой, после чего едва слышно выдохнул:
– Нету у меня больше жены.
– Нет?
Не ответив, мужчина продолжил путь.
– Погоди! – в мгновение Лель вновь оказался рядом с ним. – Как это «нет»?! Куда бы ей подеваться?!
