Момента этой задержки на месте мне хватило, чтобы выпустить молнию прямо в цель. Темный притягивал к себе цепи, а получил заряд скилла прямо в пульсирующую плоть на груди. Темная вспышка, глухой звук удара и тварь откидывает на метр назад. Той без проблем удается удержаться на месте, но следом в нее буквально влетел Макс, сбивая плечом из которого в одно мгновение вырос длинный ледяной шип. Темного вновь проткнуло насквозь, и когда ледяной шип отделился от брони, Макс провернул свой излюбленный прием. По-крайней мере попытался. Широкий замах молотом и удар под коленную чашечку, с обратной стороны ноги. Вроде бы все должно было получиться, удар прошел и темный даже замешкался, но у него были цепи и именно благодаря ним он не рухнул на спину, а оттолкнувшись от земли, ушел прыжком в сторону.
Макс попытался рвануть следом, чтобы не дать врагу и минуты на послабление, но тот, приземлившись на ноги, еще сильнее распахнул мантию. Танк успел сделать пару шагов, прежде чем из тела темного вырвалась целая волна полупрозрачных черных птиц. Вроде бы вороны, но в тоже время вместо обычных крыльев, словно перепонки летучих мышей. Эти птицы не были физическим воплощением, что-то наподобие черного тумана, который лишь принял облик летающих созданий.
Нас в одного мгновение по отдельности отрезало от окружающего мира, и мы оказались посреди безумствующего вихря из черных полупрозрачных тел. Вороны летели вокруг меня с огромной скоростью, и спустя секунду исчезла первая пленка, что я успел накопить за стирание спор. За ней пропала и вторая, а когда стерлась третья, я понял, что дело плохо. Видимость была абсолютно нулевой, в наушнике от рации сплошные помехи, а попытка вырваться из окружения не привела ни к чему хорошему. Прикрыв лицо руками, я попытался рвануть вперед, но словно уперся в плотный слой ваты, через который невозможно прорваться. Даже свет от фонарной сетки не мог прорваться сквозь плотный слой этой тьмы и тускнел с каждой секундой.
Очередное шипение разорванной пленки заставило действовать быстро и без сомнений. Я выхватил из разгрузки вторую и последнюю свою флешку, выдернул чеку, немного помедлил и подбросил её вверх. Сам рухнул на землю, закрыл уши руками, слегка приоткрыл рот и с силой зажмурил глаза. Семь оставшихся пленок должно хватить, чтобы хоть частично перекрыть взрыв и дезориентацию от столько близкой активации гранаты.
И даже ожидая хлопок, даже приготовившись к взрыву, я все равно оказался не готов. Да, это всего лишь светошумовая граната, но и у нее имелся импульс взрыва, особенно если учесть столь небольшое расстояние, что нас разделяло. Оглушающий грохот, ярчайшая вспышка, которая проникла даже сквозь зажмуренные веки и сильнейшее давление на мозг сквозь барабанные перепонки. Я успел прочувствовать весь спектр чувств от дезориентации и контузии, и даже защитные пленки помогли не особо. Звон в ушах заполнил всё сознание, а спустя несколько секунд к нему добавилась и лютая тошнота. Меня вывернуло тут же, стоило мне только попытаться встать на ноги. В глазах все плыло, а на слух можно было и вовсе забить. Голова безумно кружилась, а во рту почему-то появился металлический привкус крови.
С трудом, но мне все-таки удалось выпрямиться и сквозь головокружение осмотреться по сторонам. Взгляд сразу зацепился за Мишу и пару его бойцов, что неслись навстречу ко мне. Макс, кстати, ничуть не пострадал и уже вовсю кружил вокруг темного. Я же пытался хоть как-то сосредоточиться и отстраниться от тех эффектов, которыми меня наградил близкий разрыв. И если сильную головную боль можно было игнорировать, зная, что скоро она пройдет, то вот слабость и сбоящее зрение мешало сильнее остального.
Пока я мотал головой, в попытках вернуть себе ясную голову, до меня добрался Миша со своими парнями. Они пытались со мной заговорить, явно что-то спрашивали, но все что я мог, так это медленно качать головой, совершенно их не слыша. Пришлось провести рукой возле ушей, и даже не удивительно, что там обнаружилась кровь. Я показал ее парням и медленно постучал себя по голову. Миша понятливо кивнул и короткими командами стал что-то объяснять Олегу и Вите. Мне же пришлось сделать несколько шагов назад и стать невольным зрителем, пока организм, прокаченный уровнями, не справится с последствиями контузии. Я снова решил не тратить хилку, но все-таки держал руку на пульсе, если вдруг в бою понадобится моё непосредственное участие. Сейчас мне стрелять-то было противопоказано, в глазах все двоилось, бегали белые пятна, и я банально боялся попасть по своим.
