Миша не стал медлить, оставляя группу без управления. Пара коротких слов, указание рукой и в сторону сражающихся осторожно пошел Олег, а в его руке стал проявляться огненный кнут. Мощь этого умения была и правда впечатляющей. Там, где кнут скользил по асфальту, оставалась глубокая борозда с оплавленными краями. Витя изредка вскидывал автомат и посылал короткую очередь в сторону темного. Тем самым он заставлял тварь на пару мгновений отвлекаться от Макса, но танк снова и снова приковывал агр к себе. Если бы было иначе, и не было такой механики, как агр, то боюсь, долго бы человечество не протянуло. Даже с учетом всех тех умений и усилений тела посредством повышения уровня.
Пока шла вся эта свистопляска, я бросил взгляд в сторону девчонок и убедился, что там все хорошо. Таня все так же держала свой «Тигр» на капоте сафарика и раз за разом посылала пули в цель. Остальные старались не стрелять, так как расстояние между нами достигло семидесяти метров и поэтому не представлялось возможным вести точный прицельный огонь посреди двух быстро двигающихся силуэтов. Лишь Костя и Ира находились немного ближе, на случай если нам понадобятся их умения.
Внезапно мое внимание привлекло резкое движение руками от Миши. Он отпустил автомат, его лицо исказилось от боли, а руки метнулись к ушам, чтобы попытаться их закрыть. Тоже самое произошло и с остальными. Они все попадали на колени, зажимая уши ладонями и судя по лицам, испытывая сильнейшую боль.
Причина всему этому нигде не скрывалась. Темный взлетел над тем местом, где они сражались с Максом и, раскинув руки в стороны, завис, широко разинув пасть. Она превратилась в подобие воронки, из которой белым паром выходил воздух, а цепи крутились вокруг пояса темного, разгоняя ветер с каждым взмахом все сильней. Уже сейчас я видел слабый контур зарождающегося смерча, который не нес ничего хорошего. И даже не смотря на свою контузию, на все еще легкую слабость, я использовал прыжок под темного без капли сомнений. Миг, и я оказываюсь прямо под телом существа, в которое тут же летит моя огненная сеть, моя ульта, если судить по ее мощи на данный момент. Она оплетает его с потрясающей скоростью, затыкает ему рот, а цепи, словно споткнувшись, опадают безвольными косами. В руке появляется теплый податливый шарик, который нагревается, стоило мне только начать его сжимать.
Судя по всему, я сбил темному крик и, находящийся в паре метров от меня, Макс, убрал ладони от ушей. Его удивленный взгляд тут же сменился оскалом, когда он увидел темного, что лежит недалеко от меня, оплетенный огненной сетью и нелепо пытается её разорвать.
— Я чертовски крут, — бросил я в рацию, хоть и не услышав собственного голоса.
Жар от сопротивления стал обжигать буквально через секунду, но в это время к темному уже летел Макс. На танке не было его ледяной защиты, и в паре мест на плечах я заметил несколько довольно глубоких порезов. Все это отметилось лишь фоном, тогда как мое внимание было уделено шару в руке и разрастающейся боли. Не успел разум отойти от контузии, как на него тут же обрушилась боль от живого пламени в руке. С каждым мгновением становилось больнее и уже спустя три секунды я начал ощущать, как моя плоть стала превращаться в угольки. Чудовищная боль стала проникать сквозь барьеры разума и заполнять все мои мысли. Я пытался с этим бороться, пытался как-то расслоить разум, вспомнить все методики, что читал до этого, но все было тщетно. Боль была слишком сильной и в прямом смысле туманила разум. Уже через семь секунд я совершенно забыл, кто я и где нахожусь, а в голове пульсировала лишь она — боль.
В этот раз огонь не ограничился только ладонью. Он стал подниматься выше по предплечью и сейчас добрался до локтя. Плоть трескалась и шипела, словно я запекал свою руку, как шашлык. Я видел все это, видел, как кожа превращается в угольки, как мясо становится темным, а пульсирующая боль превращается во всё, что я мог ощущать. Меня останавливало лишь одно — я знал, что на крайний случай у меня есть бутылочка, которая тут же облегчит мои страдания, но нужно потерпеть. Иначе, все может закончиться очень плохо.
Именно на этой мысли я рухнул на колени и заорал во все горло, но так и не отпустил шар, а продолжил его сжимать, хотя, казалось бы, мышц уже почти нет. Голые кости, какие-то ошметки мяса и огонь, что поднимался всё выше, к плечу.
Своего крика, я, конечно же, не услышал, но перед глазами стал кто-то маячить. С трудом мне удалось сфокусироваться, и я увидел перед собой Мишу, который пытался что-то мне втолковать. Пришлось сквозь боль осматриваться по сторонам в надежде, что сеть уже пустая, но это было бы слишком хорошо. Темный все еще пытался вырваться наружу, и даже удары Макса не заставляли того прервать свои яростные попытки разорвать мое умение.
