Искупление полностью

Присутствующие в закусочной мужчины принялись обсуждать показанные репортажи, не сходясь во взглядах ни по одному из вопросов. Хейвен продолжала пить кофе, в то время как их дебаты становились громче – спор разгорелся из-за контроля над оружием. Хейвен перевела взгляд на телевизор, и от увиденного замерла, пролив кофе. Ей стало не по себе, когда она увидела на экране знакомое лицо; опустив взгляд, она быстро прочла имя, представленное в нижней части: специальный агент Дональд Чероне, министерство юстиции США.

Кофе обожгло ее кожу, и она стиснула зубы от жгучей боли, когда чашка, выскользнув из ее рук, с громким ударом приземлилась на стол. В закусочной воцарилась тишина, когда собравшиеся обернулись в ее сторону, услышав шум, однако Хейвен проигнорировала их, не сводя взгляда с экрана телевизора. Ей с трудом удавалось уловить суть репортажа, боль в руке отвлекала ее от происходящего. Вместе с тем, Хейвен почувствовала себя так, будто бы она медленно уходит под воду.

– …выступил с заявлением о случившемся в Чикаго инциденте… позор для министерства… бойня в особняке предполагаемого босса мафии Сальваторе Капоцци… единственный подобный инцидент с гибелью членов организации… вызвало споры о том, как следует допрашивать свидетелей…

Появившееся на экране фото доктора ДеМарко шокировало Хейвен.

– Предполагаемый член преступной организации находился в бегах…

– Боже, – воскликнула Хейвен, увидев большой особняк, оцепленный дюжиной полицейских машин и обнесенный желтой лентой.

– Федеральный свидетель… предоставил информацию, на основании которой был организован рейд… огонь был открыт до прибытия полиции… на арест Капоцци был получен ордер… считается, что он был ранен в перестрелке… – на экране появилась фотография Сальваторе с номером, по которому каждый мог сообщить об его местоположении. Хейвен вздрогнула, чувствуя подступившие слезы. – …семеро погибших на месте преступления… несколько человек были задержаны и доставлены в полицейский участок…

Хейвен стало тяжело дышать, когда на экране, наряду с остальными, промелькнуло фото Карло. Жертвы, как сообщили в новостях, к прибытию полиции были уже мертвы. Хейвен ошарашено смотрела на экран. Карло мертв? Она была настолько потрясена услышанным, что едва не пропустила следующее заявление.

– Похороны ДеМарко состоятся завтра.

Похороны.

Один из посетителей закусочной раздраженно вздохнул.

– Идеальный пример того, почему нам требуется контроль за ношением оружия.

– Вздор, – отозвался второй мужчина. – Они делают нам большую услугу, убивая друг друга.

У Хейвен вырвалось громкое рыдание, когда она осознала услышанное. Поняв это, она поспешно прикрыла рот руками. Она дрожала, неистово качая головой. Похороны? Доктор ДеМарко погиб?

– Хейден? – услышала она голос Келси. – В чем дело?

Хейвен попыталась было ответить, но, убрав ото рта руки, она вновь разразилась рыданиями, эхом прокатившимися по закусочной. Она поднялась на ноги и едва не упала – ноги отказывали ей. Миновав Келси, она подбежала к двери и бросилась по улице к своей квартире. Келси что-то кричала ей вслед, однако Хейвен не оборачивалась. Совладав с ключами, она поспешила внутрь. Прислонившись к двери, она закрыла глаза и попыталась взять себя в руки. Услышанное в выпуске новостей не выходило у нее из головы, однако она попросту не могла этого постичь. Как он мог погибнуть? Что случилось?

Восстановив дыхание, Хейвен открыла глаза и вытерла слезы. Взяв свой мобильный телефон, она набрала чикагский номер и принялась ждать ответа.

– Коррадо Моретти. Оставьте сообщение.

Хейвен отогнала от себя нервозность, которая обычно овладевала ею при подобных звонках. Слова как по приказу срывались с ее губ, жжение в груди притупилось, уступая место совсем иному чувству. Несмотря на шок, ужас и страх она ощутила решимость.

– Я еду в Чикаго.