— Я бы хотела, чтобы ты поехала с нами, — говорю я, как бы шутя, но, на самом деле. это чистая правда.
Синди отстраняется от меня.
— Я найду тебя, — обещает она, прижимая лоб к моему. — Мы не прощаемся. Увидимся очень скоро.
Я киваю.
— Хорошо. До скорой встречи. Я люблю тебя.
— Тоже тебя люблю. — Я выпускаю ее из объятий, но сама не двигаюсь с места. И она тоже.
— Что, если я не смогу этого сделать?
Она обхватывает ладонями меня за щеки и глубоко заглядывает мне в глаза.
— Ты сможешь все сделать. Роза всегда говорила, что ты не такая, как выглядишь, из всех нас ты самая сильная.
Мы смотрим в глаза друг другу долго, пытаясь запомнить лицо напротив.
Я подхватываю Янну с дивана. Она так глубоко спит, что причмокивает губами и кладет мне голову на плечо. Подхожу к входной двери, Синди идет следом. Я останавливаюсь, повернув голову.
— Я люблю тебя, Син. Всегда помни об этом.
Она молчит, просто кивает, у нее дрожит подбородок. Затем она целует в щеку Янну.
— Пока, — шепчу я.
Она снова кивает и открывает дверь, остается в квартире на случай, чтобы ее никто не заметил, если кто-то вдруг выйдет в коридор. Никто не должен узнать, что она проснулась этой ночью. Я выхожу из нашей квартиры, она закрывает дверь. Я иду быстро и тихо по коридору, сейчас три часа утра, поэтому здесь пустынно.
Мы выходим из здания, ни с кем не повстречавшись. Я заворачиваю за строение и вижу белую Honda с номерными знаками, которые Драган заставил меня запомнить, поджидающую нас. Я залезаю с Янной в машину, и водитель сразу же отъезжает. Я поворачиваюсь и оглядываюсь назад.
Улица пустынна.
Мне кажется настолько невероятным, что я никогда не вернусь сюда.
Утро долго не приходит, но, наконец, солнечный свет светит в окна пустынной комнаты, где я с Янной свернулась комочком на кровати. Она проспала всю ночь, даже не подозревая о полном крушении, которое прошло в наших жизнях. Я же вообще не могла спать, обдумывая план и пытаясь просчитать все непредвиденные обстоятельства, так же как во время бессонницы считают овец, пока меня не одолел сон, но эмоции зашкаливают, поэтому я сплю беспокойно, как бы впадая в дремоту.
Веки Янны начинают трепетать, как будто по команде. Она потирает глаза и оглядывается.
— Где моя комната, мама?
— Мы провели ночь в доме друзей, дорогая.
Она хмурится.
— Чей это дом?
Я дотрагиваюсь до ее носа.
— Обычного друга.
Она зевает и потягивается, не боясь проснуться в непривычной для нее обстановке.
— Нам нужно одеться и позавтракать, хорошо, живчик?
— Мы сделаем блинчики?
— Опять? Нельзя есть блинчики каждый день. Выбирай или омлет, или вареные яйца.
Она опускает лицо в ладони.
— Омлет, — выговаривает она.
— Круто. Угадай, что мы будем делать после завтрака?
— Мы пойдем в парк?
Я делаю вид, что широко и радостно улыбаюсь. Я ни коим образом не хочу, чтобы Янна начала переживать. Она должна думать, что нам предстоит какое-то огромное приключение.
— Нет. Намного лучше, чем парк. Сегодня мы отправляемся в настоящее путешествие.
— Куда? — спрашивает она, когда ее лицо заметно оживляется.
— Угадай?
— В замок Константина, — восклицает она.
— Нет, не в замок Константина, в котором я была. Я же говорила тебе, что он его арендовал на выходные.
— Но принц должен жить в замке.
— Константин не принц.
Она хихикает.
— Он такой глупенький. Он таинственный принц, и ты станешь его тайной принцессой.
У меня такое ощущение, будто мое сердце разбивается на кусочки.
— Это ты глупая, детка.
— Нет, ты, — тут же говорит она.
— По любому, мы не поедем в замок. — Я делаю огромные глаза, словно собираюсь сообщить ей самый большой секрет во всем мире. — Мы поедем в Париж!
Ее глаза тут же округляются, рот открывается от восхищения.
— Париж?!
Я киваю.
— Мы сядем на скоростной поезд, чтобы туда поехать.
— Йеееее, — взволнованно визжит она. — А что мы будем делать в Париже, мама?
— Мы сможем делать все, что захотим.
Огромная улыбка расплывается у нее на лице.
— И к нам приедет тетя Синди? — тут же спрашивает она.
Разве она может существовать без своей тетушки Синди? Но я, продолжая радостно улыбаться, отвечаю:
— Не в этот раз, детка. Давай позавтракаем. Я слышала, как твой животик урчал ночью, как зверь.
Tот же мужчина, который еще ночью забрал нас от дома, отвозит на вокзал. Он включает радио и всю дорогу молчит. Янна почему-то не похожа на саму себя. Она с удовольствием посматривает в окно, совершенно не подозревая, что я нахожусь в как будто в трансе. Машина останавливается у железнодорожной станции Сент-Панкрас.
— Если хотите, я могу припарковаться и вас проводить?
Меня поражают его слова, но больше всего поражает, что он умеет говорить. Я поворачиваю голову, чтобы встретиться с ним глазами. У него темные блестящие глаза, совершенно невозмутимые. И мне хочется попросить у него телефон Драгана, он точно должен знать, как связаться с ним. Но тут же в голове у меня раздается приглушенный голос Драгана: «Любая попытка связаться со мной поставит под угрозу не только тебя, но и Янну».
Я отрицательно качаю головой.
— Нет, не надо. Спасибо за ваше предложение.
Он кивает в ответ.
