Искупление полностью

— О нет, дочка! — мать всплеснула руками и подвинулась ближе. — И как давно? Я имею в виду, что случилось?

Кэри вздохнула.

— Я думаю, он встречается с ней около двух месяцев, — голос был мертвым, словно она исчерпала всю боль и осталась опустошенной и бесчувственной, как робот. — Она студентка. Это происходит с начала семестра. Или дольше... я не знаю.

— Боже Всемогущий! — мать на несколько мгновений накрыла лицо руками.

Кэри никогда в своей жизни не видела своего отца таким беспомощным. Она помнила его уверенную улыбку и постоянную готовность принять решительно все, что посылала ему жизнь. Но человек, который сидел теперь перед ней, был совсем другим: бледным, с опущенными плечами, словно ничего не видящим перед собой.

— Кэри, дорогая, — он слегка покачал головой, и она обратила внимание на его потухший взгляд. — Я не мог себе представить...

Тошнота вернулась, но Кэри сдержала ее. Проведи меня через это, Боже, пожалуйста.

Кэри вспомнила стих, который всегда раньше утешал ее. Два коротких слова: Иисус заплакал. Если Он плакал о Иерусалиме, если Он плакал о смерти Лазаря, то, конечно, сейчас Он оплакивает крушение ее мечтаний, смерть ее брака.

Кэри не знала, что сказать. Душа болела так, как болели пальцы, когда она в детстве играла в снежки без перчаток.

— Мне так жаль, дорогая. Я потрясена, — ее мать положила руку на колено Кэри. — Он подает на развод?

— Я сказала ему, что не дам развода.

— Так ты хочешь работать над этим? — ее отец выпрямился и поднял подбородок. Кэри вдруг почувствовала, что он всматривается в нее, как в пациента.

— Не смотри на меня так, папа.

— Дорогая, я просто пытаюсь понять. Мне столько всего надо усвоить сразу.

Кэри почувствовала себя школьницей, которую расспрашивают о неудачном свидании. Глаза опять увлажнились, и она попыталась объяснить:

— Я знаю, что много всего обрушилось сразу, папа, — она всплеснула руками. — Сама еще не до конца все поняла.

Ее мать заглянула дочери в глаза, и Кэри почувствовала ее удивление.

— Ты не хочешь разводиться?

— Мама! — что же это такое? Всю жизнь они учили своих детей верности, теперь они так быстро выступают за развод? Она обхватила руками живот, подавляя тошноту. — Я думала, вы-то поймете, почему я не могу... почему развод для меня не выход.

Ее отец откашлялся, встал и начал расхаживать по комнате. Он остановился в нескольких метрах от Кэри, и она видела по глазам, что внутри у него идет борьба.

— Дорогая, ты совершенно права. Мы сделаем все, чтобы тебя поддержать, — он сунул руки в карманы, и Кэри увидела, как напряглось его лицо. — Просто... я хотел бы...

Его голос оборвался.

— Я знаю, — Кэри встала и обняла его от всего сердца, и мать присоединилась к ним, обхватив руками обоих. — Твоей маленькой девочке плохо, и ты хотел бы, чтобы ей стало лучше, правда? — прошептала она так громко, как только могла.

Когда отец не ответил, Кэри отступила назад, чтобы заглянуть ему в лицо. То, что она увидела, расстроило ее почти так же сильно, как уход мужа. Ее отец — человек, сохранивший единство семьи, когда пять лет назад ее сестра Эшли ушла из дома; тот, кто не сдавался и поддерживал мать и был рядом с ней, когда у нее выпадали волосы от химиотерапии, — теперь плакал. Слезы лились по его лицу.

Кэри обняла родителей и помолилась о том, чтобы все они пережили грядущие недели. Она не имела представления, как отреагируют на новость ее брат и сестры, а также друзья из общины Клир-Крик. Все всегда считали ее хорошей девушкой, из тех, что поступают правильно и вступают в брак на всю жизнь.

Ей была ненавистна сама мысль о том, что все эти люди теперь будут ее жалеть, и хотелось спрятаться под кровать, как она делала в детстве, когда дом дрожал от весенней грозы.

И было что-то еще, в чем она не осмеливалась признаться даже самой себе. Тошнота, головная боль и усталость, с которыми она боролась последние несколько недель. Может быть, это не просто реакция на стресс. Она не хотела думать об этом после признания Тима. Но это было возможно. Скоро все выяснится.

Кэри сглотнула, и, стоя в безопасном кругу родительских объятий, снова стала подсчитывать даты. Нельзя отрицать очевидное. У нее задержка. Она пропустила уже два цикла, а такое случалось только один раз в ее жизни. В феврале три года назад. Когда она в первый раз была беременна.

Глава 6

Дирк Беннет проскользнул в подсобку самого большого кафетерия кампуса, где он подрабатывал с начала года. Он выудил три таблетки из баночки с надписью «Естественная сила природы» и проглотил их, запив водой. Потом выглянул в окошко, выходившее в зал, и увидел профессора Джейкобса, который обедал с Анжелой. Опять.

Любому ясно, что происходит. У профессора с ней роман. Дирк следил за ними несколько недель, и теперь он был убежден, что они живут вместе.

Дирк стиснул зубы и сжал руки в кулаки. Гнев бурлил внутри него, он в красках представил себе, как распахивает дверь, подходит к их столику и одним ударом отправляет профессора в нокаут.