– Разговор?- Я кипела, чувствуя, как моя температура резко подскочила вместе с моим беспокойством. – Что за разговор?
– У него действительно плохая проблема с отношением.
– Конечно!- Я усмехнулась, вскидывая руки вверх. – Каким еще он должен быть? Ты не знаешь, с чем ему пришлось иметь дело за последние шесть лет.
– Ты переступаешь границы, Ифа.
– Что ты ему сказал?- Я нажала. – Что-то толкнуло его на край, и я хочу знать, что это было за что-то!
– Я знаю, что у тебя добрые намерения, но мне не нужно перед тобой оправдываться.
– Да, хорошо, объяснись перед своей совестью, - выпалила я в ответ, дрожа. – Потому что, если с ним что-нибудь случится, это будет на твоей совести!
– Давай прекратим это дерьмо здесь. Если Джоуи выписался из больницы, то по одной-единственной причине, - поспешил возразить Даррен. – Он гонится за своей следующей дозой.
– Заткнись, - предупредила я, подняв руку. – Закрой свой чертов рот.
– Он наркоман, Ифа , и это не моя вина.
– Все не так однозначно, Даррен, - я услышала, как я задыхаюсь. – Он не родился наркоманом. Он не такой. Его проблемы с зависимостью – прямой результат того, что он провел восемнадцать лет в этой дыре, с теми ужасными людьми, которых вы оба, к несчастью, называете своими родителями.
– Ифа, прекрати это!
– Даже не пытайся заставить меня начать с тебя, Мэри. Ты не заслуживаешь называть его своим сыном, - прорычала я, поворачиваясь, чтобы посмотреть на его мать. – Ты никогда не заслуживала его любви и никогда не будешь!- Сморгнув слезы, я выплеснула свою боль на женщину, которая создала столько беспорядков в моем парне.– Все думают, что твой муж – жестокий отец, но я вижу, что ты делаешь со своим сыном.- Я постучала себя по виску, вне себя от ярости. – Я знаю, кто ты, Мэри. Я вижу тебя насквозь, черт возьми.
– Не смей так разговаривать с моей матерью, - предупредил Даррен, принимая оборонительную позицию перед ней. – Ты можешь говорить вежливо или можешь уйти.
– Ты чертова шутка, - продолжила я, указывая на нее пальцем. – Ты потратила годы, чтобы проникнуть в разум Джоуи, исказить его мыслительный процесс и испортить его уверенность. Убедить его, что он – второе пришествие его отца. Что он опасен,обуза, и разочарование!
– Как ты смеешь!
– Да, я знаю, что ты с ним сделала, - беззлобно усмехнулась я. – И ты можешь сколько угодно прятать голову в песок, но в данном случае ты ментальный насильник. Ты сломала его, Мэри. Своими словами ты ранила Джоуи сильнее, чем его отец когда-либо своими кулаками. Ты сука и газлайтер(человек который занимается психическим насилием) – Как будто ты умеешь говорить.
– Все, что я когда-либо делала, это любила твоего сына.
– Это уже слишком, - она набросилась на меня, схватившись руками за голову и закричав: – Ты хочешь свалить вину на того, кто испортил жизнь моему сыну, тогда тебе не нужно смотреть дальше, чем на человека, смотрящего на тебя в зеркало!
Потому что это ты разрушаешь его будущее, Ифа. Это ты взваливаешь на него ребенка, которого он даже не хочет!
– Ты не знаешь, о чем говоришь, - выдавила я, чувствуя себя так, словно она своими словами пронзила мою грудь раскаленной докрасна кочергой. – Он хочет ребенка.
– Он хочет сделать тебя счастливой, - прорычала она мне в лицо. – Это не то же самое, что он хочет быть отцом.
– Скажи мне кое-что, - решил вмешаться Даррен. – Если ты знала, что моему брату было так плохо, почему ты ничего не сделала,чтобы защитить его?
– Пошел ты, Даррен, - выплюнула я. – Ты ни черта не знаешь ни об одном из нас.
– Я знаю, что мой брат нездоров, - спокойно возразил он. – И ты тоже. Итак, какого черта ты заманиваешь его в ловушку отцовства?
– Я не заманивала его в ловушку.- Я напряглась, чувствуя, как у меня встают дыбом волосы, а сердце разрывается на одном дыхании. – Вряд ли я забеременела специально, не так ли?
– Не так ли?
У меня кровь застыла в жилах. – Что это должно означать?
– О, перестань,Ифа.- Он бросил на меня тяжелый взгляд, когда спросил: – Он красивый парень. Сколько раз он был не в себе, когда ты позволяла ему проникать в твое тело?
– Что,извини?
– Привет.- Он поднял руки вверх. – Если ты хочешь ворваться в этот дом с оружием наперевес, возложив вину за падение Джоуи на наши ноги, тогда я более чем счастлив показать тебе зеркало.
– Я никогда не причинила бы вреда Джоуи, - услышала я свое оправдание, отказываясь уступать этой эмоциональной манипуляции. Это дерьмо может подействовать на его братьев и сестер, но не на меня. – Я люблю твоего брата.
– Нет, я люблю своего брата,Ифа, - горячо возразил он. – Так что не заблуждайся на этот счет, когда я говорю тебе, что я готов сделать все возможное, чтобы защитить его.
– О чем ты говоришь?
– Я говорю, что если ты любишь моего брата так сильно, как говоришь, то ты поступишь правильно для него и заставишь его уйти.
– Это твоя племянница или племянник?
– Давай не будем слишком драматизировать здесь и начнем маркировать плод, - спокойно ответил он. – Послушай, моя мама уже сказала мне, что ты не из-за денег.
