Портье опустился на стул всей своей массой и наступил Даниэлю на горло, почти не давая дышать.
— Знаешь, Даниэль… Если Марианну когда-нибудь поймают, я ею займусь. Закончу то, что начал в карцере. Но тут ты уже не сможешь мне помешать… Заметь, если подумать, можно понять, как ей удалось задурить тебе голову. Она и правда хороша, малышка Марианна! Я только немного попробовал, но до сих пор вспоминаю…
Даниэль закрыл глаза. Прикинулся мертвым, чтобы отвадить врага. Охранники наконец ушли.
Он подполз к койке, кое-как на нее вскарабкался. Весь скрючился от боли.
Сразу стал думать о Марианне. Для него это единственное средство облегчить страдание. Она была его счастьем, самым прекрасным, что выпало в жизни на его долю. Так же и его карой. Его погибелью. Но ради нее он спустится в глубины ада.
Уже спустился.
Она считала спазмы в животе. Вонзала ногти в матрас. Прикованная, Марианна даже не могла бороться, двигаясь. Даже в туалет сходить не могла. Старая подруга вернулась. Заглянула нежданно-негаданно посреди ночи. Марианна задыхалась. Кашляла. Это растекалось по венам, билось в висках. Через час будет полный нокаут.
Она взглянула на стену. Прямо за ней — комната Фрэнка. Нет, не могу… Надо держаться… Она кусала подушку, чтобы не заорать. В голове несется скоростной поезд. Мозг жаждет выбраться наружу. Очередной удар буфером по кишкам.
— Фрэнк! — позвала она, стуча в перегородку.
Тем хуже. Все, что угодно, только бы не пережить такого же кризиса, как на прошлой неделе. Валяться у него в ногах, если нужно. Пусть даже он найдет это
— Что с тобой стряслось? Ты почему орешь?
Он включил свет. На нем были только джинсы, волосы растрепаны. Марианна никогда не видела его таким несобранным. Конечно, ведь она никогда не поднимала его с постели посреди ночи… Ей дорогого стоило позвать его. Она даже сердилась на Фрэнка за то, что тот пришел. Сидела и раскачивалась взад-вперед.
— У тебя ломка, да?.. Вот черт!
— Осталась одна доза, принесите мне…
— Не знаю я, где эта наркота!
— Найдите, черт возьми! Она нужна мне сейчас, пока процесс не пошел!
— Эй! Успокойся, ладно? И потом, у меня нет нового шприца…
— Вы ведь сохранили тот, с прошлой недели? Думаете, я сама себя заражу СПИДом?!
— Сейчас вернусь…
Она стиснула зубы, чтобы не сбежалась вся банда. Ни к чему повторять спектакль. Минуты проходили парадом по зеленым кристалликам. Марианна насчитала десять, и вернулся Фрэнк. Со всем необходимым.
— Я не умею это делать! — сказал он даже с какой-то тоской.
— Без вас обойдусь! Снимите наручник, это все, что от вас требуется…
Он извлек ключ из кармана джинсов. Марианна вскочила так стремительно, что чуть не растянулась на паркете. Поковыляла в ванную и, даже не успев закрыть дверь, приникла к унитазу. Когда тошнота улеглась, Фрэнк возник на пороге. Марианна, держась за раковину, переводила дух.
Она дала себе труд почистить зубы, что изумило копа. Марианна терпеть не могла блевать. Отвратительная штука, о которой мятная зубная паста позволяет хоть отчасти забыть. Она вернулась в комнату и стала хлопотать, чтобы доставить пищу изголодавшемуся телу. Движения точные, быстрые. Никакой дрожи. Только ноги немного подергивались, выдавая ломку. Сидя у изножья кровати, Фрэнк смотрел на девушку, несколько обалдевший.
— Вам непременно нужно так на меня пялиться? — взорвалась она.
— Ты без наручников, я не оставлю тебя одну.
Она возвела очи к небу. Долго вкалывала себе дурь. Наконец, легла на спину и смежила веки.
Фрэнк подошел, немного обеспокоенный. Развязал жгут. Вынул иглу, которая так и осталась воткнутой в вену.
— Вы не погасите свет?
Услышав ее голос, Фрэнк вздрогнул, хотя она и говорила тихо. Он-то думал, что Марианна уже далеко. Он исполнил просьбу, но включил настольную лампу. Боясь ее реакций, он предпочитал остаться. Но не в темноте. Памятуя, несомненно, о табуретке, которая обрушилась на голову.
Окно было открыто, по комнате гулял свежий ветер. Сложив руки крестом, Марианна улыбалась. Невероятно, до какой степени этот яд мог преображать ее лицо.
— Подходит, слышите?
— Нет, ничего не слышу. Кто подходит?
Через несколько секунд грохот поезда расколол тишину. Это дерьмо еще и обостряет чувства!
— Скоро я буду внутри…
— Да, Марианна. Очень скоро…
Она долго молчала. Фрэнк сгорал от желания узнать, что происходит у нее в голове.
— О чем ты думаешь?
— Вам этого не узнать, месье комиссар! Это личное!.. Разве что научитесь читать мысли!
Ее веселость была заразительна, Фрэнк рассмеялся тоже:
— У меня нет таких способностей. Дай какую-нибудь подсказку…
— А вот я в ваших мыслях читаю, месье полицейский… Ничегошеньки нет в них хорошего!
Она повернулась, посмотрела ему прямо в глаза, в самую глубину:
— Вы думаете о ком-то, кого вам не хватает. Не знаю, кто это, но… Именно поэтому вы и не спите. Что-то вселяет в вас чувство вины. Вы кого-то покинули…
Фрэнк перестал смеяться:
— Чепуха какая!
