Гарри широко раскрытыми глазами смотрел на директора, лишившись дара речи. Оказывается, тот знал содержание Пророчества! Знал, зачем его пытается заманить в Министерство Волдеморт. И ни словом, ни намеком не обмолвился об этом парню. Более того, он на протяжении года намеренно избегал встреч. Даже не поддержал, когда на него ополчились все во главе с Министерством. Как этот человек, который всегда был в курсе всего, что происходит в школе, мог не знать о тирании Амбридж? Верилось с трудом. И этому волшебнику гриффиндорец всегда бесконечно доверял? Злость на старого мага, начавшая зарождаться еще ранее, вспыхнула с новой силой. Юноша размышлял о том, как умело его использовали в своих целях Дамблдор и Волдеморт.
Тем временем директор достал Омут Памяти и поместил туда нити воспоминаний. Гарри передернулся, представив, ЧТО случилось, когда он прикасался к этому артефакту в последний раз. Эти мысли вновь вернули его к смерти Сириуса.
- Снейп! – зло выкрикнул Гарри.
Дамблдор дернулся от неожиданности. Он как раз рассказывал парню, как было произнесено пророчество, но Гарри своим возгласом перебил его.
- Профессор Снейп, Гарри, – парень зло зыркнул на директора. – Так что там с Северусом? – как ни в чем ни бывало уточнил Дамблдор.
- Я обращался к нему, но Снейп не захотел помочь. Он ненавидел Сириуса и даже пальцем не пошевелил, чтобы хоть что-то сделать!
- Ты заблуждаешься! Северус, как только получил информацию, тут же связался со мной и штабом. Ты же должен понимать, Гарри. Он не мог на глазах у всей школы показать, что знает, о чем ты говоришь. А тем более – что вас что-то связывает. Слишком много у нас студентов, родители которых служат Волдеморту. Но давай оставим эту тему. Я доверяю профессору Снейпу, и это не обсуждается. Вернемся к Пророчеству, если тебя оно еще интересует.
Гарри молча кивнул. Слишком много информации он узнал сегодня. Слишком много всего произошло. И это необходимо было обдумать, но не в присутствии директора. Тем временем Дамблдор коснулся палочкой содержимого Омута Памяти. Субстанция завихрилась, над чашей поднялась призрачная фигура, в которой парень, к своему удивлению, узнал Трелони. Та начала вещать грубым замогильным голосом, который Гарри уже слышал на четвертом курсе.
Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда… рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца… и Темный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы… И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой… тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Темного Лорда, родится на исходе седьмого месяца…
Пророчество отзвучало. А Гарри все сидел, устремив взгляд в одну точку, туда, где еще недавно вещала призрачная Трелони. Из услышанного парень понял, что рожден не для нормальной жизни, а для того, чтобы умереть или стать убийцей. Юноша никак не мог прийти в себя. Молчание затянулось. Наконец Дамблдор решил вывести его из ступора, тихо позвав:
- Гарри?
Тот встрепенулся и непонимающим взглядом посмотрел на директора.
- Мой мальчик, с тобой все нормально? – заботливый тон вывел парня из себя.
- Нормально??? Вы спрашиваете, нормально ли? А со мной когда-нибудь было хоть что-то нормальное? – Поттер вскочил в ярости, опрокинув стул. – Да всю мою гребаную жизнь… Я никогда и не жил нормально! И, судя по этому долбаному Пророчеству, не стоит и начинать!
Гнев парня нарастал. В окнах начали позвякивать стекла. По кабинету прошла отчетливая вибрация. Мелкие предметы попадали со своих мест. Вокруг парня начала образовываться воронка магического вихря, которая все росла и росла. Мебель, попадавшая в радиус ее действия, трещала и разлеталась на куски. Чем дольше злился Гарри, тем сильнейшей силы смерч бушевал в комнате. А он, будто и не замечая этого, продолжал кричать, выплескивая свою злость.
- Убийцей! Я рожден для того, чтобы стать убийцей! А если у меня дрогнет рука, то у Волдеморта нет! И что я в свои пятнадцать могу ему противопоставить! Даже Круцио полноценное и то наложить не в состоянии! Да проще пойти и самому заавадиться, чтобы не напрягать этого красноглазого монстра! И как долго вы собирались скрывать эту информацию? Кто еще из близких должен умереть, чтобы мне говорили правду? У меня ведь больше никого не осталось! Никого… – последнее слово Гарри произнес шепотом. Гнев, дающий силы, прошел. Парень был опустошен морально и физически. Он прямо посреди кабинета опустился на колени, обхватив себя руками.
Поток магии иссяк вместе со злостью юноши. Вихрь успокоился. В углу, на своем насесте жалобно курлыкнул феникс. Гарри поднял голову на этот звук и с удивлением осмотрелся. Кабинет был полностью разрушен. Весь пол усеян щепками, осколками стекла, фарфора и страницами книг. Лишь те предметы, которые попали в защитный купол, наброшенный на себя директором, остались в целости.
Сняв защиту, Дамблдор поинтересовался:
- Ну что, мой мальчик, успокоился?
