Зато тот случай с Омутом Памяти резко изменил наши отношения. Увидев, как Поттер просматривает мои самые страшные и унизительные воспоминания, я разъярился, как раненый тигр. Кто дал ему право совать нос туда, куда его никто не звал? Такой же, как отец – наглый и беспринципный гриффиндорец! Запреты не для него. Он, боюсь, даже не знает, что это такое. Чтобы вынуть мальчишку, мне пришлось самому нырнуть следом за ним. Это было больно! Я никогда не видел всего этого со стороны. В результате, сцена показалась еще более унизительной, чем представлялась ранее. Не знаю, как удалось остановиться и не задушить его. В своей ярости я даже не заметил легкого покалывания татуировки у себя на пальце. Зато ночью, после его ухода, Магия воздала мне по полной программе за нарушение клятвы. Боль, охватившая все тело, была похожа на Круциатус, только еще сильнее. Легче вытерпеть несколько порций Непростительных от Лорда. Думал, что не доживу до утра или потеряю рассудок от охватившего все тело жжения, идущего изнутри. Я как будто медленно сгорал на костре, ощущая невыносимый жар каждой клеточкой тела. Еще одну такую ночь из-за нарушения Клятвы мне не пережить.
С того случая прошла уже пара месяцев. Я решил отбросить язвительность и просто в упор не замечать мальчишку. Чем меньше мы будем контактировать, тем проще будет не сорваться на него вновь. Но, как говорится, благими намерениями… Чем больше я игнорировал Поттера, тем больше он лез на рожон. Чувствовалось, что парень нервничает и не понимает изменившегося отношения. Но мне было все равно. Не хотелось, чтобы он вновь спровоцировал меня своими действиями на нарушение Клятвы.
Даже не страх перед болью мучил меня. Вглядываясь там, в кабинете, в его зеленые глаза, так похожие на глаза Лили, я вспоминал нашу последнюю встречу. И желание сделать все, чтобы она простила меня. И плевать на обет. При моем статусе двойного агента я все равно сдохну рано или поздно. Причем скорее рано, чем поздно. Правда, в гораздо меньших муках. Но я не мог нарушить обещание, данное единственному человеку, с которым у нас в свое время были такие теплые, доверительные отношения. Девушке, которая была мне ближе, чем сестра.
А Поттер вел себя более чем странно. В коридорах как будто случайно постоянно оказывался у меня на пути. В Большом зале, во время трапез, я частенько ловил на себе задумчивый взгляд этих притягательных зеленых глаз. Что?! Это о чем я сейчас подумал? Так, Северус, возьми себя в руки. Еще не хватало мечтать о зеленых глазах этого лохматого недоразумения. Да, они очень похожи на глаза Лили, такие же глубокие и манящие. Стоп, стоп, стоп! Хватит об этом. Это же сын ненавистного Джеймса Поттера! Ну и что, что он какую-то частицу унаследовал от матери. Зато свою наглость и невоздержанность от отца! И так же, как папаше, этому щенку почти все спускается с рук. Дамблдор и остальные преподаватели слишком много ему позволяют. Слава совсем вскружила мальчишке голову. Его поступки просто кричат об уверенности в своей безнаказанности. Даже нападки Министерских чиновников и прессы не смогли сбить со щенка гонор. Амбридж, конечно, та еще тварь, но даже ей не удалось приструнить «героя».
Однако что-то изменилось после того случая. Поттер как будто присмирел. Ушел в себя, стал меньше общаться с друзьями. Даже стычки с Малфоем почти прекратились. Только почему-то кажется, что он за мной следит и постоянно норовит попасться на глаза. Неужели ему мало той демонстрации, что я устроил в кабинете?
Было интересно наблюдать, как на первом уроке, после того злополучного занятия, он вжимал голову в плечи, опасаясь моего гнева. Я, конечно, был еще зол. Но реакция мальчишки на полное пренебрежение его персоной меня немного позабавила. Он был удивлен и явно разочарован. Однако через пару таких уроков Поттер поразил меня правильно сваренным зельем. Видимо, от матери ему достался не только цвет глаз. Ведь Лили была одной из лучших в зельеварении. Только странно, почему эти таланты проявились именно сейчас? Однако поощрять его я не собирался. С каждым разом сдаваемые работы становились все лучше и лучше. Но я не мог позволить ему испытать триумф победы. Это бы означало, что он одержал верх в нашем молчаливом противостоянии.
