А фраза Поттера о моей ненависти… Он впервые так открыто признал ее, будто смирился с этим фактом. Так ли уж я его ненавижу? Я задумался… и удивился, поняв, что уже не чувствую ненависти к Поттеру. Да, он вызывает раздражение, да, мне неприятно произносить его фамилию, связанную в памяти с тяжелыми воспоминаниями юности. Но именно ненависти я уже не чувствую. Скорее присутствовал некий интерес ученого, который наблюдает за новым и пока необъяснимым явлением. Так же и мне было любопытно узнать, что же вырастет из этого подростка. Несмотря на мои постоянные упреки в том, что он является точной копией отца, они совершенно разные. Почему-то сразу вспомнилось, что он также и сын Лили, единственного человека, который когда-либо был близок мне.
Я остановился возле камина, пристально глядя в огонь. Это до чего я тут додумался? Такими темпами я скоро начну Поттеру дифирамбы петь. От одной мысли об этом меня передернуло. Никогда! Несмотря на его смазливость, если снять дурацкие очки, и на становление твердого характера, никогда не подпущу к себе близко человека с фамилией Поттер! Но это все патетика. А сейчас необходимо было заняться более важными делами. Благо, пока я предавался воспоминаниям и размышлениям дрожь в руках утихла. Значит, можно поставить варить новую порцию зелья для Дамблдора и продумать, как найти подход к Драко, чтобы он не совершал больше таких глупостей.
====== Глава 9. ======
в тексте использованы фрагменты диалогов оригинала
Казалось, только начался учебный год, а уже давно прошла середина семестра, и стремительно приближалось Рождество. Гарри, поглощенный учебой, чтением дополнительной литературы, постоянной слежкой за Малфоем и Снейпом, даже не заметил, как пролетело время. Частенько они вместе с Гермионой ходили в Выручай-комнату, чтобы попрактиковаться в применении новых выученных заклинаний и использовании невербальной магии. Иногда Гарри хотелось отдохнуть от всего этого. Тоска и отчаяние, ощущение своей ненужности и никчемности охватывали мысли и душу. В такие мгновенья он хватал метлу и отправлялся на улицу, чтобы вновь почувствовать эйфорию полета. В эти моменты, паря высоко над Хогвартсом, Гарри казалось, что целый мир принадлежит ему, а все заботы и волнения остались там, далеко внизу, на земле. Он не скучал по квиддичу, нет. Ведь игра – это тоже для других. Играя в команде, он опять был кому-то должен – болельщикам, членам команды, своему факультету. А одинокий полет просто ради удовольствия вселял в сердце радость и уверенность в будущем и своих силах. Но такие минуты, когда Гарри позволял себе немного расслабиться, отдаваясь на волю воздушных потоков, были очень редки.
Большую часть времени он проводил с Гермионой, иногда с Невиллом. Ребята вместе делали горы домашних заданий, сидя в библиотеке или в общей гостиной. У Гарри вошло в привычку использовать карту Мародеров как закладку в книгах и учебниках. Артефакт был постоянно активирован. После того события с проклятым ожерельем Гарри старался ни на минуту не выпускать из поля зрения ни Снейпа, ни Малфоя.
Гарри сам себе удивлялся: как он смог решиться на тот разговор со Снейпом? Было невероятно страшно подойти к профессору и попросить его о личной беседе. Внутри он весь трясся от испуга, но старался ничем не выдать волнения, до боли сжимая ладони в кулаки. Гарри не мог поверить, когда понял, что удалось вполне спокойно поговорить со Снейпом, не поддавшись на издевательства и подначки в неосведомленности. Только выйдя из кабинета профессора, Гарри почувствовал, как его вымотал этот разговор. А мысли о том, как он говорил со Снейпом, вообще лишили сил. Он привалился к стене и закрыл глаза, пытаясь унять дрожь в коленях, которую совсем не ощущал в кабинете.
После этого разговора Гарри до жути боялся встретиться со Снейпом вновь. А ведь во время беседы он пытался надавить на преподавателя. Более того, даже намекнул на свою осведомленность о Непреложном обете. Оставалось только надеяться, что Снейп не придал значения его глупой оговорке, но вероятность этого была слишком мала. Как ни странно, профессор вел себя так, будто этого разговора и в помине не было. По крайней мере, на уроках его отношение к Гарри не особо изменилось. Снейп по-прежнему игнорировал его, а работы возвращал исчерканными от и до.
Буквально на следующий вечер после этой встречи Гарри вызвал к себе Дамблдор, вернувшийся из очередной отлучки. Поттер точно знал, что на момент инцидента с колье директора в Хогвартсе не было. Начало их занятия прошло как-то странно. Дамблдор будто ждал чего-то от Гарри, который решил выяснить, что известно старому магу о виновниках данного происшествия.
- Сэр, а как там Кэти Белл? С ней все будет в порядке? – спросил Гарри.
Директор заметно оживился, как будто именно этого вопроса и ждал от гриффиндорца. Он объяснил, что девушка идет на поправку благодаря своевременно принятым мерам и вмешательству профессора Снейпа.
- А что известно о том, кто подкинул ей это колье? Кому оно предназначалось?
