Словно почувствовав его настрой, свет стал совсем тусклым, стены начали чернеть, пока не растворились совсем. Постепенно привыкнув к новой обстановке, Тридцатьседьмой заметил крохотные светящиеся точки. Сфера из тысяч таких окружает его. Он поднимается ввысь, точки сливаются в туманности. Скопления. Галактику.
Он в самом центре ее. Трепет заполняет душу – песчинка! Как безмерно мал он на фоне величия вечности! Тридцатьседьмой непроизвольно сжался.
Неведомая рука подхватила крохотную сущность, пронося ее сквозь космическое пространство. Обжигающие звезды-гиганты плюются выбросами, огромные каменные глыбы, навевающие ужас своей безжизненностью, проносятся мимо. Он летит к планете, далекой и такой знакомой. Голубой шар с луной. Слезы сами выступили на глазах. Но это не Земля. Два крупных материка. Восточный поменьше, в форме кляксы, пустынный, с редкими цепями гор и украшенный зеленью оазисов. Западный вытянут с севера на юг, с джунглями и горной цепью, закрывающей все западное побережье. Неизвестно откуда зашелестел вкрадчивый голос:
–Пора отплатить долг. Жизнь одного за счастье миллионов. Твоя жизнь. Ты готов?
–Да – спокойный и взвешенный ответ существа, осознавшего дотоле недоступную истину. Простую и понятную: жизнь стоит того, чтобы умирать.
– Я готов.
Возвращение в реальность. Неутихающая боль. Она кричит, кромсая на куски пространство. Камера словно отвечает на призывы, меняя цвет стен от алого и пурпурного до успокаивающе-голубоватого. Первый приступ пошел на убыль. Разметавшиеся волосы слиплись от пота. Прикованная к кровати, она не может даже пошевелиться. Ярость клокочет внутри, рвется наружу. Ненависть, слепая и неосознанная. Глаза широко раскрыты, дыхание рвет легкие.
В неспокойной голове мечется и ломает переборки шальная мысль, опаляя сознание – выжила! Рыщущий взгляд не может зацепиться за идеальную гладкость потолка. Тихо зашипел газ, невидимой рукой сжимая горло – погружение в наркотический сон проходит быстро.
Основатель возникает словно из ниоткуда. Беспалая рука накрывает легкой простыней спящую. Он внимательно изучает застывшие черты лица. Шаркающие шаги за спиной – сгорбленный Академик входит в камеру.
–Ее разум все еще не спокоен. Опасно использовать столь юное создание в особых миссиях – укоряющие нотки в голосе Академика мелкой дробью осыпают Основателя.
–Что-то мне подсказывает, что она станет идеальным исполнителем. Помните, что она единственная, кто сможет остановить взбунтовавшегося. – Основатель уверенно повернулся к Академику. Взгляды скрестились на манер мечей – холодный и уверенный один, уставший и порицающий второй.
–Вы сомневаетесь в лояльности Тридцатьседьмого? – мягкий выпад.
–Я хочу быть уверенным что мы сможем его устранить в случае неповиновения – изящный уворот, с последующим наскоком на противника. – Вы же знаете протоколы безопасности не хуже меня.
–Любой, вне зависимости от звания и должности, должен быть уничтожен в случае неповиновения и превышения полномочий Наблюдателя, Исполнителя или Агента Устранения. – процитировал Академик. – Мы вместе писали это, не забывайте. Есть и другая строчка:
«Мы не вмешиваемся, мы лишь контролируем и даем выбор».
–К сожалению, у них этого выбора нет – отрезал Основатель. – Личность, назначенная Агентом, получает в распоряжение все необходимые материалы и средства для успешного выполнения миссии, возложенной Корпусом на Агента – легкий укол превращается в неотразимый удар. – Для обеспечения безопасности Корпуса и выполнения миссии личность Агента подвергается необходимым психологическим изменениям.
Академик сложил оружие, отведя взгляд в сторону. Каждый раз все сложнее было готовить учеников. Как же безмерно устал он от этого лицемерия. Основатель похлопал его по плечу. – Друг мой, вы несете ответственность за успех, я лишь обеспечиваю поддержку. В этот раз мы не проиграем. Она лишь страховка от возможной ошибки. Не меньше вашего мне хочется покоя. Но мы не вправе быть слабыми. Крепитесь.
Они тихо удалились, оставив ее в наркотических кошмарах.
-Природа мудра – являясь самой большой угрозой жизни, четвертый тип одновременно и самый уязвимый. Агрессия, помогающая этому типу выжить, его же и уничтожает изнутри – ровный голос Академика размешивает полумрак аудитории. – Всего было пять планет, на которых Корпус развертывал программу коррекции. Каждая такая попытка заканчивалась Милосердием – поймав удивленный взгляд Тридцатьседьмого, Академик вздохнул. – Вирус распространяется в атмосфере, делая невозможным дальнейшую репродукцию вида – разъяснил он.
Тридцатьседьмой подал было голос, но Академик упредил его:
–Вопрос о моральности этого действия обсуждался не раз, но раса, единожды совершившая ошибку, безоговорочно признавалась угрозой для будущего космического общества.
