Отпихнув в сторону окончательно обессилившего генерала, Тридцатьседьмой прислонился к столу. Попытался восстановить дыхание, но скрючивается в приступе боли – сказываются последствия приема стимуляторов. Ужасно ноет все тело. Сейчас не самый подходящий момент для приема еще одной дозы, но ситуация не оставляет выбора – нужна ясная голова.
Пошарив за поясом, он извлек ампулу со слегка светящимся голубоватым раствором. С первой попытки защитный колпачок трудно снять сведенными судорогой пальцами. Как и со второй. Наконец, третья попытка удалась. Тридцатьседьмой глубоко вдохнул, быстро проглатывая содержимое. Тошнотворный вкус, но потрясающий результат – огненная волна вмиг очищает тело от боли.
Взглянув на неподвижно лежащее тело, Тридцатьседьмой задумался – может, стоит дать немного и Лламо? На секунду он засомневался, помня неожиданную атаку. Но все-таки решился и влил несколько капель в полуоткрытый рот.
Лламо задергался как в припадке и чуть не ударился об ножку стола. Подскочив и дико вращая глазами, он попытался сбить Тридцатьседьмого, но тот уклонился. В тесноте и темноте трудно драться: почти нет пространства для маневра да и осколки под ногами не облегчают задачи. Тридцатьседьмому надоела эта возня и он решительно перехватывает руку Лламо за запястье, резко выворачивая пойманную конечность:
–Генерал! У нас не так много времени! – избегая резких рывков пытающегося освободиться Лламо, Тридцатьседьмой быстро выводит его на балкон.
Буря ушла дальше, оставив после себя лишь холодный и чистый небосвод, да свежий воздух с частичками пыли. Тонкий слой песка неприятно скрипит под тяжестью ботинок. Быстрым движением Тридцатьседьмой освобождает все еще упирающегося Лламо и отталкивает его. Тот чуть было не потерял равновесие, но быстро сориентировался и принял боевую стойку.
–Лламо! – Тридцатьседьмой вкладывает всю мощь в голос. – Ты веришь в то, что увидел? Ты хочешь такого конца для Империи и Озерона?
–Я не верю ни единому слову! Это просто дешевая подделка! – от гнева слова генерала вылетают как пули. – Нет никаких доказательств!
Внезапно налетевший порыв ветра остужает пыл дерущихся. Тридцатьседьмой рефлекторно посмотрел в небо и поперхнулся ругательством. Он резко пригнул застывшего в удивлении генерала и отступил в дом. Они затаились.
Из приземлившейся капсулы появился Готлиб – холодный и сдержанный.
–Если выживете, не дайте случиться войне. Иначе планета будет зачищена. – быстро шепчет Тридцатьседьмой . – Сейчас нужно бежать без оглядки. Им нужен я. Не ты. Спаси свой народ.
Готлиб приблизился к двери:
–Тридцатьседьмой, друг мой, я пришел помочь, – модулятор голоса выводит непривычно мягкий звук. Тридцатьседьмой удивился: ого, даже так – друг мой. Интересно, научилась ли эта железка врать? Вряд ли, для этого у него слишком мало воображения.
Лламо с интересом посмотрел на вжавшегося в крышку стола Тридцатьседьмого – вот так, даже имени нет, только порядковый номер.
–Готлиб. Сейчас я выйду, и мы с тобой уйдем. Остальные должны остаться в целости и невредимости. Это только наш конфликт, они не причастны – сдавленный голос Тридцатьседьмого дрожит от напряжения.
–Сэр, вы неверно поняли: моя задача – помочь вам в выполнении миссии. Это мой выбор.
Даже сквозь полутьму Лламо различает как удивленно поднялись брови его захватчика.
«Наверно, я погорячился с удалением блока контроля» – Тридцатьседьмой пытается быстро найти выход, аккуратно подтягивая к себе за ствол винтовку. Решение сработало, но все же до конца не верится в это.
Недвижно застывший андроид с интересом осматривает свисающего на веревках бойца. Все же, с его точки зрения, более эффективно убивать. Или попросту сбить машину еще на подлете электромагнитным импульсом – быстро, безопасно и никаких улик после. Странный он все-таки, не убивает врагов. В искусственном мозге никак не укладывается идея гуманизма, но сегодня Готлиб решил использовать принцип Тридцатьседьмого и нейтрализовал вертолет, а за одно и всю технику отряда только когда они уже высадились на крышу.
–Кто это? – шепот Лламо выводит Тридцатьседьмого из задумчивости.
–Моя робонянька и неусыпный страж с приказом убить если я вдруг взбунтуюсь. – с усмешкой ответил он.
–Ясности это не вносит, но доказывает твою безумность. Мне надоело прятаться. – Лламо решительно поднялся во весь рост и вышел на балкон.
–О, господин Лламо. Приветствую, я – А-2715, андроид специального назначения. – Готлиб руку для приветствия. Лламо с подозрением осмотрел протянутую конечность. После секундного замешательства он все же решился на рукопожатие.
–Вероятно, вы несколько озадачены тем, что происходит, и не верите моему другу. Позвольте продемонстрировать наглядно – с этими словами Готлиб начал что-то вытаскивать из-за пазухи. Тридцатьседьмой напрягся для прыжка, хоть и понимал, что в случае чего генерала уже не спасти. «Зря я ему доверился» – горечью растеклась мысль в сознании.
Мягко засветилось извлеченное энерголезвие. Лламо отпрянул, приготовившись к борьбе.
