С неприятным чувством я вспоминаю предыдущий разговор маленького мальчика. Он хотел найти Бека. Интересно, осознает ли это Клэр? Она была отвлечена. Я оглядываю деревню в поисках знакомой большой синей фигуры, которая, кажется, всегда скрывается неподалеку, когда я выхожу, но Бека нигде не видно.
Должно быть, он охотится.
Я ломаю голову, пытаясь вспомнить, что Эревэр говорил о том, чтобы навестить его. Что-то о… пещере? Я должна сказать Клэр. Я спешу вперед и пытаюсь привлечь ее внимание. Она поворачивается ко мне, беспокойство и стресс отражаются на ее лице.
— Что такое?
Я открываю рот, чтобы заговорить… но ничего не выходит. Слова застревают у меня в горле. О Боже. Я не могу этого сделать. Я хочу, но не могу. Как будто мой мозг полностью заблокирован. Ничего не выходит, кроме писка.
Клэр прикусывает губу.
— В чем дело, Элли? — Она оглядывается по сторонам, нервная и нетерпеливая, и я знаю, что больше всего на свете она хочет найти своего ребенка.
А я стою здесь, безмолвная и бесполезная. Я качаю головой.
— Мне жаль, но я должна найти Эревэра, — говорит она мне, уже пробегая мимо.
Меня переполняет чувство вины. Что со мной не так? Почему я не могу сказать вслух, чтобы спасти ребенка? Я чувствую себя худшим человеком, которого только можно вообразить. Может быть, я разучилась говорить, потому что прошло так много времени.
Но мне нужно что-то сделать, чтобы помочь. Я ухожу, задумавшись, пытаясь вспомнить побольше из того, что сказал Эревэр. Все дело было в Беке и желании провести с ним время. Там упоминалась пещера. Тогда где здесь поблизости есть пещера?
Я обнаруживаю, что иду к подъемнику в дальнем конце каньона. Я просто подтяну себя и посмотрю, есть ли там следы. Если они есть, я пойду к остальным и попытаюсь объяснить это на языке жестов или что-то в этом роде. Черт возьми, я нарисую фигурки из палочек, если не смогу произнести слова. Я сделаю что-нибудь, чтобы помочь им. Но сначала мне нужно убедиться, что я не сделаю только хуже.
Итак, я быстро подхожу к блоку. Должно быть, я устала больше обычного, потому что даже эта короткая прогулка — не более десяти минут — кажется, высасывает всю мою энергию. Я так невероятно слаба, что мои ноги кажутся мешками с песком. Я останавливаюсь и потираю шею, переводя дыхание, и в животе у меня все переворачивается. Может быть, мне следовало что-нибудь съесть?
Но я уже здесь. Шкив совсем недалеко впереди, и я просто посмотрю, нет ли следов, а потом вернусь в деревню. Преисполненная мрачной решимости, я не обращаю внимания на свою усталость и проталкиваюсь вперед, медленно продвигаясь к блоку. Трудно сказать, был ли здесь кто-нибудь за последние час или два, а это значит, что мне нужно подняться наверх. Я встаю на блок и хватаюсь за веревку, затем начинаю подтягиваться вверх.
Несмотря на то, что я устала, шкив прост в использовании и не требует большой мышечной работы, так что я в мгновение ока оказываюсь на вершине. Я спрыгиваю и отпускаю веревку, и она соскальзывает обратно на землю внизу. Упс. Я должна была закрепить ее, а теперь мне придется снова ее поднимать. Хотя в голове у меня немного туманно. Я позабочусь об этом позже.
Я делаю несколько шагов вперед по снегу. Пейзаж здесь, наверху, выглядит совершенно иначе, чем внизу. Ущелье защищено от самых неблагоприятных погодных условий, но здесь, наверху, лежит толстый слой снега. Солнечный свет отражается от него, и пологие белые холмы ведут к далеким деревьям и еще более далеким пурпурным горам. Небо ярко-голубое, и несколько пухлых белых облаков усеивают в остальном чистое небо. Это… так красиво. Так открыто. Мне нравится это.
В данный момент я хочу заняться охотой, просто чтобы иметь возможность выходить на улицу и наслаждаться этим каждый день.
Однако снег здесь толстый, и на подъемной станции он сильно взрыхлен множеством ног. Невозможно сказать, какие из них недавние, поэтому я ищу маленькие следы вместо больших. Конечно же, я вижу следы маленькой пары ног меньше моей собственной, ведущей в холмы. Я следую за ними, усталая и с головокружением.
Требуется несколько минут, чтобы до меня дошло, что мне не следовало идти по следу. Что я должна вернуться в деревню, чтобы сообщить им, что я видела следы. Но… Я зашла так далеко. Что, если он как раз за следующим подъемом? Я могла бы забрать его, привезти домой и облегчить всеобщее беспокойство. Разворачиваться сейчас кажется глупым… и к тому же утомительным. Я так устала.
Так что я иду дальше. Думаю, я вляпалась по уши. Это казалось такой простой задачей — пойти к шкиву, найти следы, вернуться, — но я, кажется, все испортила. Это потому, что я не могу ясно мыслить. По краям моего поля зрения мелькают звезды, и мой фокус сужается до тех пор, пока я не вижу ничего, кроме следов на снегу передо мной.
