Р'С‹ думаете, что быть похищенной инопланетянами — самое худшее, что могло со РјРЅРѕР№ случиться. Р
До вчерашнего дня я, Джорджи Каррутэрс, никогда не верила в инопланетян. О, наверняка, где-то во Вселенной живут самые разные разновидности, но если бы кто-то сказал мне, что неподалеку от Земли в своих летающих тарелках зависают маленькие зеленые человечки, только и выжидая, чтобы похитить людей? Я бы сказала им, что они сошли с ума.
Но это было вчера.
Сегодня? Сегодня — совсем другое дело.
По-моему, все это началось вчера вечером. В целом, все было как обычно. После долгого рабочего дня кассиром в банке я вернулась домой, разогрела полуфабрикаты, съела их, смотря телевизор, и задремала на диване, прежде чем, спотыкаясь, добралась до своей кровати. Я бы не назвала себя любителем вечеринок, и к тому же был вторник, а в будни мы все работаем, никаких развлечений. Я легла спать, а после этого началась какая-то странная чертовщина.
У меня были такие странные сны. Не стандартные сны о потере зубов или как ты голая стоишь перед всем классом. Они были намного более зловещими. Сны о лишениях и одиночестве. Сны о страданиях и холодных белых комнатах. Сны о вхождении в туннель и наблюдении несущегося на тебя поезда. В этом сне я пыталась поднять руку, чтобы защититься от света.
Только вот, когда я хотела поднять свою руку, то не смогла.
Это разбудило меня. Я прищурилась на крошечную лампочку, которой кто-то светил мне в глаза. Кто-то… светил мне чем-то в глаза? Я моргнула, пытаясь сосредоточиться, и поняла, что мне это вовсе не снится. Кроме того, я была не дома. Я была… где-то в другом месте.
Затем свет погас, и зачирикали птицы. Я снова прищурилась, чтоб мои глаза приспособились к темноте, и обнаружила себя окруженной… существами. Существами с продолговатыми черными глазами, гигантскими головами и тощими бледными руками. Маленькие зеленые человечки.
Я закричала. Честно говоря, я кричала как резаная.
Один из инопланетян склонил свою голову надо мной, и звук чириканья птиц повторился, несмотря на то, что его рот оставался неподвижным. Что-то горячее и сухое полностью закрыло мой рот, заставляя задыхаться, и отвратительный запах заполнил мои ноздри. Вот черт. Я что, умру? Как сумасшедшая я задвигала челюстью, пытаясь дышать, даже, несмотря на то, что мир вокруг меня стал погружаться во мрак.
Затем я вернулась в сон, в котором мне снилась работа. Мне всегда снится работа, когда я сильно нервничаю. В течение многих часов подряд разгневанные клиенты банка кричали на меня, когда я все пыталась разорвать обертку, чтобы открыть пачки двадцаток, которые, казалось, никогда не откроются. Я пыталась сосчитать выдаваемую сдачу, а меня только отвлекали. Как правило, сны о работе самые худшие, но вот именно этот был облегчением. Никаких поездов. Никаких инопланетян. Только банковские операции. Я могу смириться с банковскими операциями.
И в связи с этим, мне стоит начать рассказывать… отсюда.
Я прихожу в себя, не совсем понимая, где нахожусь. Мои глаза незаметно приоткрываются, и я пристально осматриваюсь вокруг. Запах такой, будто я нахожусь в канализации. Мое тело везде чертовски болит, голова кружиться, а мысли путаются, как будто я все еще не до конца проснулась. Я ощущаю тяжесть в своих конечностях.
«Меня накачали наркотиками», — понимаю я. — «Кто-то накачал меня наркотиками».
Не кто-то. А
Мое дыхание учащается, как только мысленный образ темноглазых инопланетян всплывает в памяти. Я начинаю высматривать их, но в помещении я, кажется, одна.
Слава Богу.
Я прищуриваюсь в приглушенном освещении, пытаясь разглядеть, что меня окружает. По-видимому, это большая, мрачная комната, без окон. Бледно-оранжевый свет струиться из маленьких, идущих подряд, труб в потолке в двадцати футах выше. Стены сами по себе черные, и если бы я не знала наверняка, то сказала бы, что место, где я нахожусь больше похоже на грузовой отсек из какого-нибудь странного научно-фантастического фильма. На стене напротив меня я насчитываю шесть больших шестифутовых металлических труб, выстроенных около стены в линию, на подобии шкафчиков. Оранжевые и зеленые огни бегут вверх-вниз по стенкам труб в самых разных вариациях извилистых линий и точек, которые могли бы быть, своего рода, инопланетной письменной формой. На дальней стене расположена продолговатая овальная дверь. Однако до двери добраться я не могу, потому что нахожусь за какой-то металлической решеткой.
А еще эта отвратительная вонь! Вообще-то, это не один запах, их несколько. Похоже на коктейль из мочи-дерьма-рвоты-пота, и меня от него тошнит. Я пытаюсь накрыть нос рукой, но реакция тела такая заторможенная; все, что мне удается сделать, — немного повернуться. Тьфу!
