– Пара первых впечатлений, – игриво поправил Рен. – Но, учитывая все обстоятельства, я тебя не виню.
Я смущенно кивнула, стащила с плеча лямку рюкзака, расстегнула его и засунула розу в передний карман.
– Что ты таскаешь в этом рюкзаке? – поинтересовался Рен. – С виду тяжелый.
– Учебники. Тетрадки. – Я застегнула рюкзак. – Не тяжелый.
Рен шагнул в сторону, пропуская прохожего, и приблизился ко мне.
– Учебники? Ты…
– Айви! – заорал из магазина Джером, да так громко, что витрины задрожали. – А ну бегом ко мне!
Рен прищурился и напряженно обернулся. Я со вздохом надела рюкзак.
– Сейчас вернусь, – предупредила я и открыла дверь.
Но она не закрылась. Рен придержал ее и зашел за мной. Я оглянулась через плечо: он не сводил глаз со старого брюзги за прилавком. Игривая улыбка исчезла с его лица, взгляд был холоден.
Я открыла рот, но Рен меня опередил: обошел меня, приблизился к Джерому и процедил, опершись ладонями о стеклянный прилавок:
– Это так-то вы с дамой разговариваете?
Началось.
Джером, подняв брови, пристально уставился на Рена.
– А ты еще кто такой?
– Тот, кто научит вас вести себя повежливее, – отрезал Рен.
Я протиснулась между ним и прилавком с пахнувшими пачулями перьями вуду.
– Все в порядке, Рен.
– Мне так не кажется, – возразил он, не сводя глаз с Джерома.
Тот скрестил руки на груди и выпрямился. Вид у Джерома, как обычно, был угрюмый. Странно, что на его морщинистом лице не застыла раз и навсегда сердитая гримаса.
– Тебя забыл спросить, мальчишка.
– Всё, всё. – Я подняла руку: мне показалось, что Рен того и гляди схватит старика за горло и придушит на фиг. – Нет, правда, все в порядке. Он ничего такого не сказал. Ничего личного. – Я покосилась на Джерома. – Он со всеми такой грубиян.
– Не со всеми, – возразил Джером сварливо.
– Твоя собака не в счет, – улыбнулась я.
Напряжение рассеялось, и Рен наконец-то посмотрел на меня. Лицо его смягчилось, но выражение по-прежнему оставалось недовольным.
– Все равно так нельзя.
– Рен, – проворчала я.
– Айви, – в тон мне ответил он.
Джером закатил глаза, потом поднял голову и крикнул:
– Эй, ты! Да, ты, с соусом!
Мы с Реном обернулись. У витрины стоял мужчина средних лет с двумя огромными бутылками «Острого соуса королевы вуду» в руках.
– Эти бутылки тут не для того, чтобы их лапали. Либо покупай, либо поставь на место.
– Н-да, – я обернулась к Джерому. – Странно, что ты здесь вообще хоть что-то зарабатываешь.
– Да мне по фигу, – фыркнул он.
Кто бы сомневался.
– Так зачем вы ее звали? – поинтересовался Рен, скрестив руки на груди. Покупатель пулей вылетел из магазина. – А то у нас еще дела.
Джером окинул Рена взглядом.
– А ты мне нравишься, парень.
– Надо же, какая честь для меня, – пробормотал Рен. – Я польщен.
Я прикусила губу, чтобы не ухмыляться.
– Ты мне кое-что должна. – Джером уставил на меня скрюченный палец.
Я сперва даже не сообразила, на что он намекает, а потом вспомнила, какой сегодня день.
– Черт. – Я оперлась на прилавок. – Прости. Неделька была та еще, закрутилась и забыла.
– Забыла о чем? – поинтересовался Рен, переводя взгляд с Джерома на меня.
– Понедельник, – проворчал Джером. – Каждый понедельник в течение двух лет, и впервые ты забыла.
– Да о торте, – пояснила я Рену и, не сдержавшись, захихикала.
Он приподнял бровь.
– Каком еще торте?
– Это не просто торт! – Джером хлопнул ладонями по прилавку, так что я даже подпрыгнула. – Такого вкусного шоколадного торта я в жизни не ел! Она мне приносит его каждый понедельник. Я специально пересчитываю очки, чтобы его съесть.
– Какие еще очки? – озадаченно переспросил Рен.
– Он на диете, – улыбнулась я. – Прости. Завтра принесу. Ладно?
Джером пробормотал что-то себе под нос.
– Смотри не забудь. Все, проваливайте, а я закажу пиццу.
Вот только дело было в том, что забыла об этом не только я.
Мы вышли из магазина и направились к Джексон-сквер. Прошагали с полквартала, как вдруг Рен рассмеялся.
– Чего ты? – я покосилась на него.
– Так ты печешь? – он ткнул меня локтем. – Лучший в мире шоколадный торт для выжившего из ума старикашки?
– А то! – фыркнула я. – Еще как пеку… это мое хобби.
Полное вранье, кстати. Лучшие торты, которые у меня получались, – те, что я доставала из коробки. А для Джерома пек Динь.
– И почему ты до сих пор не угостила меня тортом?
Интересно, что бы сказал Рен, узнай он, кто на самом деле был пекарем. Я покосилась на него и вытерла руки о джинсы.
– Ты должен узнать меня получше, прежде чем попробуешь мой торт.
Рен открыл рот, закрыл и преградил мне дорогу. Я чуть в него не врезалась. Шедший за нами чувак выругался и, обходя нас, бросил на Рена злой взгляд. Тот и бровью не повел.
– Это предложение? Потому что я бы с радостью узнал тебя получше во всех смыслах, если после этого ты мне дашь попробовать.
– Какое еще предложение… – О боже. Вот это я ляпнула. Я залилась румянцем. – Да ты извращенец! – Я стукнула его по груди. – Я вовсе не это имела в виду.
– А вот это очень жаль, – как ни в чем не бывало ответил Рен.
Я снова стукнула его, на этот раз по руке, шагая мимо него дальше.
– Ну, ты и кобель.
