— Попробую добраться до него со двора, — шепнула Лиз и, стараясь не создавать шума, спустилась вниз.
Обойдя дом с обратной стороны, она безошибочно нашла окно рабочего кабинета и обрадовалась, увидев, как ветер, запутавшись в легких тканях, играет с занавесками, проникая внутрь через распахнутые створки.
— Что ты собираешься делать? — озадаченно спросил Лео, следовавший за своей госпожой по пятам.
— Хочу забраться в комнату, — ответила она.
— Каким образом?! — ужаснулся он. — Здесь второй этаж!
— Воспользуюсь пожарной лестницей! — заявила графиня, и глаза ее засверкали решимостью.
— Это опасно, Лиз! Посмотри: она вся заросла плющом! К тому же старая, может не выдержать, — Лео преградил путь, боясь даже представить утонченную аристократку, взбирающуюся на такую высоту. — В добавок ко всему, погода портится!
В этом он был прав. Ветер неожиданно усилился и привел за собой темную тучку, которая, закрыв солнце, с грозным видом нависла над имением. Начал накрапывать дождь.
— Я справлюсь с этим, Лео! Ты меня не до оцениваешь, — она упрямо стояла на своем.
— Подожди, хотя бы, пока я позову Верлока. С ним вместе мы тебя подстрахуем!
— А это прекрасная идея! — обрадовалась Элизабет выпавшей возможности избавится от парня. — Ступай, поищи начальника стражи. Я подожду здесь, — она подтолкнула его в спину, боясь, что он передумает.
Как только полукровка скрылся среди деревьев, девушка начала торопливо взбираться наверх. Однако она немного переоценила свои возможности. Тело графини не было таким сильным и ловким, как то, что она имела в другом мире, но Лиз компенсировала это железной волей и дерзкой смелостью.
Намокшее от дождя платье, прилипало к коже и сковывало движения. Тяжелые пряди волос били по лицу. Ноги, в неудобных женских туфлях, соскальзывали с перекладин, но она упорно продвигалась вперед, все ближе подбираясь к цели.
Еще немного усилий, и Элизабет поравнялась с окном, ведущим в рабочий кабинет графа.
— Я рядом, — пропыхтела она, с трудом дотягиваясь рукой до мокрого подоконника.
Еще рывок — и она увидит его. Но судьба, словно раздраженная ее наглостью, распорядилась по-другому. Дерево хрустнуло под ногой. Мокрые пальцы соскользнули и графиня, взвизгнув, рухнула вниз.
«Неужели опять…?!» — успела подумать она прежде, чем мир перевернулся.
Дерево хрустнуло под ногой. Мокрые пальцы соскользнули с подоконника, и графиня, взвизгнув, рухнула вниз.
«Неужели опять…?!» — успела подумать она прежде, чем мир перевернулся.
Крепко зажмурившись, Лиз сжалась в комок, ожидая удара о твердь, но его не последовало.
Крылатая тень стремительно выскользнула из окна. Крепкие руки подхватили ее и бережно, словно драгоценность, опустили на землю. Сердце бешено колотилось в груди, но не от страха — от предвкушения.
Почувствовав себя в безопасности, Элизабет открыла глаза, чтобы тут же увязнуть в янтарном омуте, полном любви и чего-то еще, дикого, первобытного, что заставило ее забыть, как дышать.
— Кристиан… — прошептала она одними губами.
Пальцы, с выпущенными когтями, впились в хрупкие плечи, крепко, почти до боли, словно его зверь боялся, что она исчезнет, если он хоть на миг ослабит хватку.
— Элизабет…? — наполненный изумлением, страхом и надеждой дракон втянул ноздрями воздух, будто хотел убедиться, что его возлюбленная действительно здесь, стоит, прижимаясь мокрым платьем к его разгоряченному телу. — Это и правда ты…?
— Я, — ответила Лиз, и улыбка осветила ее лицо.
Руки задрожали, скользнув по гладкой коже, покрытой капельками холодного дождя. Ветер рвал мокрые пряди волос, стегал по лицу, но им было все равно.
— Где ты была? — его голос дрогнул, когда он заметил свежие шрамы на ее груди и плечах, оставленные Алексом, как напоминание о том, что где бы она ни была и какие бы действия ни совершала, ей придется столкнуться с последствиями. — Ты ранена…
Элизабет почувствовала, как его тело напряглось, ярость закипела под кожей. Его прикосновения по-прежнему оставались нежными, но взгляд не отпускал, прожигая насквозь, требуя правды.
— Главное — я вернулась, а это скоро заживет, — она небрежно махнула рукой.
— Конечно, заживет! Моя магия усилит твою регенерацию, и со временем даже не останется следа, но я чувствую: сейчас тебе больно…
— Больнее было бы не увидеть тебя, — графиня качнулась вперед и прижалась лбом к его лбу . Дождь стекал по ее лицу, смешиваясь со слезами, которых она даже не замечала . — Я так счастлива оказаться в твоих объятиях… Я так скучала . . .
Кристиан, осторожно, чтобы не потревожить раны, приподнял лицо возлюбленной и посмотрел в глаза. Его пальцы вплелись в ее мокрые волосы. Он замер, все еще боясь, что она исчезнет, бесследно растворится в руках, но Элизабет уже тянулась к нему в немом призыве. Еще мгновение, и дракон припал к пухлым манящим губам, сначала нежно, затем, не в силах сдержаться, усилил напор.
Он целовал ее.
Горячо.
Глубоко.
Безумно.