– Конечно, – шепчу дрогнувшим голосом. – Конечно, выйду. Я хочу стать твоей женой.
– Тогда… – обхватывает мое лицо руками и говорит прямо в губы. – Раз ты и платье себе выбрала, то готовься. Ровно через четыре дня наша свадьба. Это будет незабываемый праздник. Роскошный. Ты достойна самого лучшего, Лис. Люблю тебя, родная. Безумно люблю. Больше всего на свете.
– Тим, ну перестань. Мы же опоздаем! Ты как ребенок, ей богу, – отстраняюсь от мужа и спешу за Кириллом, который бежит к своему велику.
У него сегодня день рождения. Гости ждут нас в ресторане, а мы из дома выйти не можем. Тимофей ловит каждый момент, чтобы прижать меня к стене или затащить в спальню. Неугомонный и постоянно голодный. Ребенок вообще словно ручная бомба. Господи, ну я просто никак не могу отвести от него глаз даже на десять минут, потому что он моментально что-либо вытворяет.
– Да оставь ты его, Лис. Пусть катается.
– Он вообще-то в костюме, Тим, заметь!
– Ну что ты снова злишься? – Тимофей догоняет меня и опять прижимает к себе так, будто давно меня не видел. Не понимаю почему, но он последнее время вообще из дома почти не выходит. Постоянно рядом.
– Может, потому что нам нужно идти, а мы ещё дома торчим? – я действительно злюсь.
– Родная, гости приедут в шесть, а сейчас четыре дня. Расслабься. Нам же ехать всего пять минут, – рука мужа властно ложится мне на талию, прижимает к себе ещё сильнее.
Благо у нас работает только моя помощница – Оля. Прислугой я ее никогда не назову, потому что она стала для меня родной за эти два с половиной года, и она привыкла к характеру моего мужа. Вот даже сейчас бежит за Киром, а Тим, всё так же не стесняясь, целует меня.
– Ты слишком спокоен.
– Это ты нервная, – теперь его рука ложится на затылок и фиксирует так, чтобы я не могла отвернуться. – Лис, ты действительно последние дни на всё быстро злишься, нервничаешь даже из-за пустяков. Расслабься, родная.
Тимофей после родов стал чаще появляться дома. Не только из-за малыша, а, как сказал сам, больше из-за меня. Роды прошли очень тяжело. Я лежала в реанимации. Тимофей не отходил от меня ни на минуту, и Вера как-то сказала, что он просто не мог смотреть на меня, когда я лежала бледная, без сил. С врачами не ладил и чуть ли не избивал каждого, кто хоть что-то плохое говорил.
Рожать мне запретили, а муж серьезно заявил, что одного ребенка ему достаточно – не хотел меня потерять.
«Если я тебя потеряю, я и себя потеряю, Лис. С ума сойду. И зачем нашим детишкам отец-псих?» – эти слова он сказал мне после диагноза врача. Но всё равно я даже сейчас хочу второго, потому что я сама одна. Очень тяжело, когда нет ни брата, ни сестры, с кем можешь поделиться счастьем или переживаниями. Да, есть подруги, но это всё не то…
Тим дал шанс Стелле, человека нанял, который следил за ней. Я не могла поверить, что она так круто изменится. Бывшая моего брата продала свою маленькую двушку, купила другую ближе к работе, а работала она в ресторане официанткой. Полгода назад мой муж взял ее к себе в кампанию, и она буквально летала от счастья. Категорически отказалась идти в тюрьму на свидание к моему брату, и тем более – тащить туда дочь. Я начала даже уважать ее за этот поступок. Антон им не нужен, да и они Антону тоже.
Дашка пошла в первый класс, и учится она отлично, потому что Стелла наняла репетитора и обещала позаботиться о том, чтобы ее дочь поступила в самый лучший университет страны. Иногда они приезжают к нам. Я не злопамятная на самом деле, но и не могу подпустить Стеллу к себе очень близко. Старые обиды… Но племянницу поддерживаю регулярно, Дашке покупаю почти всё, что она просит. А просит она часто, но тайно от матери, так как Стелла ругается, запрещает, говорит, что сама может для нее всё сделать. Да я и не сомневаюсь, но я же не чужая для Даши.
– Тим, ты зачем попросил Олю надеть на Кира костюм, а? Он сейчас его испачкает, – ворчу, слегка отстраняясь от мужа. – Ну, Тим… Я дышать не могу! Отпусти!
Муж смотрит на меня странно, даже с обидой. Я, кажется, очень грубо произнесла последние слова.
– Нет, с тобой точно что-то не так, – заявляет серьезным тоном, гладя костяшками пальцев мою щеку. – Лис, у тебя задержки нет?
Я нервно сглатываю. Черт! Не знаю даже, что ответить, потому что я не помню последнюю дату месячных. Да и таблетки я не принимала во время страстных ночей.
– Нет, – закатываю глаза и отвечаю уверенно, хоть и начинаю нервничать.
Тимофей никогда не позволит рожать. Тем более так быстро. Кириллу всего два.
Он мне не верит – я это понимаю по его взгляду. Прищуривается, задумывается.
– Ты уверена? – голос недоверчивый. – Лис?
– Да уверена я!
Вот он всегда такой. Знает, что я хочу, а что нет. Знает, когда вру, а когда говорю правду. Вот именно сейчас он не настаивает, а как только вернёмся домой – заставит сделать тест или уже завтра увезет к врачу.
