Её рождественское желание? Румяные щеки и мужчина её мечты.Аларик ПэрришДекабрина Ретт искушала меня с того самого момента, как я положил на неё глаз.Я хочу получить на Рождество её изгибы, завернутые в бант, и ничего больше.Но застенчивая стажерка не хочет иметь со мной ничего общего.Пока не увидела то, чего не должна была видеть.Теперь она там, где я хочу её — в моих объятиях.Она любит все мои порочные способы обращения с ней.Если она думает, что это временно, то ошибается.Я больше никогда не отпущу её.Декабрина РеттВсё, чего я хочу на Рождество — это Аларик Пэрриш.Он был мужчиной моей мечты с тех пор, как я была подростком.Но устроиться на работу в его компанию было ужасной идеей.Я не та, за кого он меня принимает… но всё равно оказалась в его постели.Теперь он говорит, что я принадлежу ему, и думаю, он прав.Когда мы вместе, он воспламеняет мою душу.Но когда волшебство закончится, и он узнает правду… будет ли он по-прежнему хотеть меня?В этот предпраздничный период мы представляем вам жаркий сборник романов, способный растопить Северный полюс. Этих горячих красавчиков ждет большое потрясение, когда каждый из них найдет мисс Правильность в самом неожиданном месте. Под его елкой.Устройтесь поудобнее перед камином, пока эти рождественские красавицы преподают своим мужчинам несколько важных уроков как давать и получать на пути к незабываемому празднику.
Декабрина
— Я отправила твою фотографию и эскизы вместе со своим заявлением, — говорит Джилл, пожимая плечами и отбрасывая длинные светлые волосы с плеч. — Это стажировка твоей мечты, а не моей.
— Я думала, ты так и сказала, — я опускаюсь на край своей двухместной кровати, мои ноги слишком слабы, чтобы поддерживать меня. Я прижимаю пальцы к перегретым щекам и смотрю на неё, не зная, с чего начать.
Джиллиан втягивала меня в неприятности с того самого дня, как мы познакомились. Мы были неразлучны с тех пор, как моя мама перешла работать к её отцу, когда мне было семь лет. Наши родители полюбили друг друга, а остальное — история. В основном.
Это сложно.
Моя мама умерла через три года после их свадьбы, оставив меня. Отец Джиллиан стал моим опекуном. Мы с Джиллиан отлично ладим. А вот её отец и я — не очень. Он любит меня, но мне кажется, он хотел бы, чтобы я была больше похожа на Джиллиан и меньше на себя. Мы обе фигуристые, хотя, по моему мнению, я больше похожа на мышку, чем на красавицу Джиллиан. Но проблема не в этом. Он — чертов мэр. Она воплощает в себе всё, какой должна быть дочь политика. Я даже близко не похожа.
Она живая, изящная и может подружиться с кем угодно. Я же неуклюжая и неловкая и никогда не знаю, что скажу или сделаю в следующий момент. Возможно, это не было бы проблемой, если бы её отец, Кори, не был карьерным политиком, но он им является. И я непреднамеренно усложняю ему жизнь с тех пор, как была маленькой девочкой.
Я — чертова катастрофа. Мой язык и неловкость не раз ставили крест на работе. Как в тот раз, когда я случайно сказала репортеру, что, по моему мнению, он ужасно справляется со многими проблемами, стоящими перед городом. Я не это хотел сказать! Или, когда я пролила на губернатора целую тарелку спагетти «Болоньезе». Или, когда спустила сенатора Говарда со ступенек, и кто-то заснял, как с него слетел парик.
Естественно, когда я попросила Кори помочь получить стажировку в «Дафна Пэрриш и Ко», он отмахнулся от меня. Но когда Джиллиан попросила помочь ей получить такую же возможность стажировки, он тут же принялся дёргать за ниточки, чтобы устроить её в самый горячий дом моды для девушек плюс-сайз в Лос-Анджелесе. Он хочет подружиться с Алариком и Блейзом Пэрриш, а не враждовать с ними, и боится, что я всё испорчу для него. Аларик и Блейз — миллиардеры, захватившие мир после того, как пять лет назад их мать, Дафна, умерла. Кори нужна такая звездная сила, если он хочет выдвинуть свою кандидатуру на пост губернатора во время следующей избирательной кампании.
Джиллиан оставалось только заполнить бумаги, и стажировка была в её распоряжении. Её отец сойдет с ума, когда узнает об этом. А он узнает. Он всегда узнает. Он знает всё обо всём.
— Позвони им и скажи, что произошла путаница и к твоему заявлению прикрепили не ту фотографию, — требую я.
— Слишком поздно, — напевает Джиллиан, пританцовывая на цыпочках по нашей крошечной двухкомнатной квартире. — Я вроде как отправила его неделю назад. Ты начнешь работать завтра.
Я в ужасе смотрю на неё.
— Не начну.
— Начнешь, — ярко-голубые глаза встречаются с моими в зеркале на другом конце комнаты. — Ты будешь мной на зимних каникулах, Декабрина.
Я предчувствовала именно это.
— Меня сейчас вырвет.
— Нет, не вырвет, — она поворачивается ко мне лицом, её губы поджаты, и это выражение мне слишком хорошо знакомо. Джиллиан Ретт приняла решение.
Моя чертова душа трепещет от ужаса.
— Он не заберёт у тебя что-то ещё только потому, что ты не идеальный рупор для его дурацкой карьеры, — рычит она, её глаза вспыхивают огнем. — Ты выложилась на полную ради этой стажировки. Ты заслужила её. Если он не будет дергать за ниточки, чтобы протащить тебя через дверь, ты войдешь как я.
— Джиллиан, это плохая идея, — шепчу я, хотя и преклоняюсь перед ней за попытку. Может, её отец и не верит в меня, но вера Джиллиан никогда не ослабевала.
— Это не плохая идея. Теперь это мой рождественский подарок для тебя, — она ухмыляется, торжествующе демонстрируя свои ямочки. — Ты не можешь отказаться, когда это подарок.
— Преступная импровизация — это не подарок, Джилл, — говорю я, смеясь, несмотря ни на что. Только она могла подумать, что что-то настолько возмутительное считается подарком.
— Да, когда это то, о чем ты мечтала годами. Ты умираешь от желания пойти работать на Аларика Пэрриша.