— Слишком нерационально. — перебил девушку Роберт, с ехидной улыбкой. Эта улыбка напомнила ей тот злополучный ужин. — Иногда мы будем останавливаться на постоялых дворах. Но такое будет не всегда, поэтому нашем приютом станет голая земля в поле или в лесу. Ставить две палатки слишком затратно по времени. Лагерь разбивается только на ночь.
Хотелось сказать многое, но её снова поставили перед фактом. Роберт упивался своей властью над ней и вместе с этим искушал. Стараясь всеми силами сохранить холодность и непоколебимость, Талина всё больше теряла контроль. В самом начале у них не задалось, возможно из-за её столь ярких эмоций, но потом, он словно специально искал чем задеть.
— Простите мне такую вольность. Но не могли бы вы ненадолго покинуть шатёр. Мне надо приготовиться ко сну.
— Что ж, если госпожа Графиня желает, я так и быть удалюсь. Но я совсем скоро вернусь, моя дорогая. — изрёк Роберт поднимаясь с подушек.
«Как можно быть ТАКИМ?!» — подумала девушка, хотя безумно хотела это озвучить. Она чувствовала что с ней играют, но при этом ничего не могла сделать. Её муж за всё время их брака показывал разные стороны. Он мог быть ехидным, но мог и сохранять высокомерную холодность, он мог давить на неё и унижать, но при этом мог и шутить. Его поведение было сложно предсказать, это раздражало.
Когда в шатёр вошла Арина с другими служанками, Графиня поднялась и шагнула им на встречу полная решимости обезопасить свой покой.
Девушки пришли с вёдрами и тряпками, дабы помочь своей госпоже очистить тело. Увидев это, Талина готова была заплакать, но тут же приказала себя быть сильной. Расстелив ткань, одна из служанок поставила большой таз и рядом стульчик. Сняв дорожный костюм, она осталась совсем нагая и стала в центр таза, поморщившись от холода.
Взяв в руки небольшой кусок материи, Арина намылила его и тут же принялась разносить пену по телу Графини. Поставив для удобства ведро на стул, она то и дело обмакивала ткань. Стиснув зубы, Талина стоически терпела, руки девушки ощупывали ее, натирая кожу до скрипа. Поменяв ткань, служанка стёрла остатки пены и помогла девушке вытереться. Ей тут же предложили чистую ночную сорочку и халат.
— А теперь подготовьте мне место для сна. — запахнувшись в предложенный халат произнесла Талина. По насыпи подушек на другой стороне шатра она уже предполагала, где ей предстоит провести ночь.
— Будет исполнено. Желаете ли что-то ещё?
— Нет Арина. Только место для сна.
Под пристальным взглядом молодой госпожи, девушки принялись взбивать подушки и раскладывать их в определённом порядке. Самые большие под них на ковёр, а те что поменьше уже на них.
«Зная любовь моего мужа всё усеять золотом да серебром, удивительно что подушки такие простые.» — подметила она, радуясь этому.
В Белвуаре у матушки была пара небольших Ярвельских подушек, расшитые золотом они выглядели как картины. На одной был павлин, а на другой композиция из фруктов. Очень тонкая и кропотливая работа. Графиня Милет всегда ревностно охраняла их, запрещая детям прикасаться к этому чуду. Но однажды Талина села на диван, не заметив, что среди обычных подушек была особенная. Несколько волосков попало в тиски золотого шитья и когда девушка встала, боль оказалась весьма ощутимой. С тех пор она и возненавидела подобные излишества в быту. Для Белвуара сие было нормой, а вот в доме Графа Одилет как оказалось подобное любят.
— Желаете воды или вина перед сном? — учтиво поинтересовалась одна из девушек, заметив что молодая Графия словно отрешилась от реальности.
— Нет, ничего не надо. Можете идти. — поспешно ответила Талина, сбрасывая детские воспоминания.
Несмотря на старания служанок, ей самой предстояло поработать над импровизированной кроватью перед приходом мужа. Если во время поцелуя она и готова была отдаться, то после трапезы уже не была уверена в своей решимости. Когда страсть брала верх над разумом, ей было намного легче. Но осознание того, что возможно её первая ночь с мужем произойдёт вот так, посреди леса, вызывала лёгкий мандраж.
Подождав пока служанки соберут всё лишнее, девушка продолжала смотреть на приготовленное ложе.
— Доброй ночи, госпожа. — сухо произнесла Арина, после чего покинула шатёр.
Бросив взгляд через плечо и убедившись, что осталась одна, Талина тут же бросилась на подушки. Яростно доставая те, что были с краю и перекладывая их на середину. За строительством этой крайне неровной стены её и застал Роберт.
— Необычное занятие вы придумали на ночь глядя. — шутливо сказал он подойдя к лежанке.
Его голый торс мгновенно завладел вниманием девушки. Сквозь кожу отчётливо проступал рельеф. На нём были только простые тканевые бриджи и длинные сапоги. Мокрые волосы свидетельствовали о недавних водных процедурах.
— Это всего лишь желание обеспечить комфорт. — вскинув подбородок гордо ответила Талина. Её замешательство не укрылось от мужчины, а хитрая улыбка только сильнее взгрела ярость.
— Моя дорогая, вам всего-то и надо было, попросить меня не проявлять страсть в вашу сторону на эту ночь.
