— На ангела он чего-то не очень, — ответил Андрон. — Был бы я один, обосрался бы.
— Узнаем завтра, кто это такой.
Ночь пришлось провести в единственном открытом коттедже типа «гарден вью»: администрация ушла спать. Возможно, в тот самый дом с собаками, у которого водитель ссадил друзей.
Коттедж был просто дощатой хижиной, но в нем, к счастью, оказалось три кровати. Никто даже не стал распаковываться. Иван спал на рюкзаках.
В девять утра на ресепшене зародилась жизнь.
— У нас заказано два полулюкса, — объяснил хмурой смуглой женщине Тимофей. — И еще нам нужен проводник для трекинга. Дней на пять.
— Полулюксы моют, — ответила женщина, — заселение в два. А насчет проводника не знаю. Трекинг в стоимость не входит.
— У вас на сайте написано, что услуга предоставляется по договоренности. Вот мы как раз и хотим договориться.
— Побеседуйте тогда сами. Или с Мусой, или с Акинфием Ивановичем. Не знаю, сколько они возьмут.
— А где они?
Женщина раскрыла разлинованную тетрадь и погрузилась в изучение каких-то зеленых каракулей.
— Мусы следующие три дня не будет. Акинфий Иванович здесь. Вон его велосипед…
Глаза Тимофея блеснули.
— Это его мы вчера на дороге видели? Едет в темноте и поет.
Женщина улыбнулась.
— Его. Он катается по горам. Велосипед свой увозит вверх на машине, а потом, когда туристов нет, спускается вниз с песнями. Чтобы не слишком педали крутить. Поет так, что собаки в ответ воют. Такая у него личная оздоровительная программа.
— Он местный? — спросил Иван.
Улыбка исчезла с лица женщины.
— Вот вы его сами спросите, раз договариваться будете. Он вам скажет, откуда и чего. А я не знаю. Я вам лучше талоны дам на завтрак, пока не забыла. Еще успеете.
— Где этот Акинфий Иванович?
— Завтракает. Идите кушать, в ресторане его и найдете.
В ресторане ночного певца не было. Друзья устроились на террасе и принялись молча есть — голодны были все.
Завтрак оказался приличным: свежие фрукты, мюсли, местный кислый сыр, яйца с беконом. Вот только в хлебе было что-то тревожное — его мелкие серые ломти наводили на мысли об армии и тюрьме.
«Впрочем, — думал Валентин, — это вопрос восприятия. Западному человеку, наоборот, показалось бы, что это продвинутая органика с отрубями. А у нас ранние детские впечатления приводят к тому, что…»
— Вы трекингом интересовались?
От неожиданности Валентин выронил ложку.
Вчерашний незнакомец стоял возле террасы и внимательно смотрел на гостей. Днем он выглядел так же странно, как ночью — седые длинные волосы и борода, и при этом молодое лицо с блестящими темными глазами. Из-за такого сочетания трудно было определить его возраст даже примерно: от сорока до шестидесяти. На нем был вчерашний спортивный костюм со светоотражающими вставками и вьетнамки на босу ногу.
— Мы интересовались, — ответил Тимофей. — А вы Акинфий Иванович?
Незнакомец кивнул.
— Садитесь к нам.
— Я уже поел. Подходите в мой офис, как закончите.
И Акинфий Иванович показал на небольшой сарайчик, стоявший за кухней в стороне от жилых корпусов.
— Офис, — повторил Андрон, когда Акинфий Иванович отошел.
Друзья тихо засмеялись.
— За офис будет надбавка процентов в пятьдесят, — сказал Иван. — Мы эту бизнес-модель знаем и используем.
— Посмотрим, — ответил Тимофей.
Внутри сарайчик действительно оказался оборудован под мелкий офис: стол с монитором и древний факс, который, кажется, был подключен к компьютеру вместо принтера.
Акинфий Иванович сидел за столом и заполнял какую-то разлинованную таблицу вроде той, что была у женщины на ресепшене. Он поднял руку, прося дать ему еще секунду, и друзья принялись осматривать помещение.
На стене висела огромная карта местности с проведенными синей ручкой маршрутами и красными флажками. Рядом помещался стандартный портрет Путина в пилотке за военно-морским штурвалом и большая фотография: Акинфий Иванович с группой счастливых туристов на зеленом горном склоне.
На другой стене экспозиция была несколько необычнее. Там висел лакированный череп с ребристыми мощными рогами, а по бокам — почему-то две маски сварщика с короткими рукоятками. Словно бы Акинфий Иванович охотился в горах на сварщиков, изредка переключаясь на другую живность.
— Это местный козел? — спросил Тимофей, показывая на череп.
— Дагестанский тур, — ответил Акинфий Иванович, не отрываясь от своей таблицы.
— Интересно, — сказал Андрон. — Я, когда маршрут подбирал, читал про тура сказку в интернете. Карачаевскую народную.
— Сказки любите?
— Нет, просто делал поиск по словам «Кавказ» и «тур». В смысле, «маршрут, поход». А гугл выдал животное. Сказка, конечно, совершенно индейская по своей бесхитростности.
— О чем же она? — вежливо поинтересовался Акинфий Иванович.
— Почему у Эльбруса раздвоенная вершина.
Услышав эти слова, Акинфий Иванович будто проснулся. Он положил ручку на стол, поднял глаза и оглядел Андрона с ног до головы.
— И почему?
Он произнес это презрительным тоном, словно Андрон сказал что-то невероятно наглое, даже возмутительное.
Андрон немного смутился.
