— Потому что в детстве не знаешь, куда тебя кривая вывезет. Можешь стать героем-летчиком, можешь — серийным убийцей. Можешь — миллионером, реально. Можно уйти в будущее по любой тропинке. А когда перед человеком открыты все дороги, он счастливый и веселый от одного сознания — даже если никуда по ним не пойдет. Все шлагбаумы подняты, из окна видна даль и все такое. Когда взрослеем, шлагбаумы один за другим опускаются, и путей впереди остается все меньше и меньше.
— Да, — согласился Валентин. — Взросление — это утрата возможностей. Только дело не в том, что шлагбаумы закрываются. Они, может, и не закрываются. Просто в жизни каждый день надо делать выбор, находить себе путь. А если прошел под один шлагбаум, уже не сможешь под другой.
— О чем я и говорю. Дорожки ветвятся, ветвятся, а потом из всех мировых маршрутов остается только тропинка на работу, и ты уже полностью взрослый.
— Да вы поэт, — сказал Андрон. — Хорошо сформулировали.
— Но так бывает не всегда, — продолжал Акинфий Иванович. — Вот как раз в девяностые годы старые дороги, по которым каждый человек брел в свой советский тупик, вдруг закрылись. Но зато открылись новые. Так что мы все — молодые и старые — как бы снова стали детьми, хотя время было очень недетское. Пришлось начинать сначала. И мне тоже.
— А кем вы тогда работали?
— Молодым врачом в поликлинике. Я быстро понял, что надо что-то менять… Перепрыгивать, так сказать, на новую тропу.
— Кем же вы стали?
— Экстрасенсом, — засмеялся Акинфий Иванович.
— А что это такое? — спросил Иван. — Это типа предметы двигать на расстоянии?
— Тебе сколько лет?
— Двадцать один.
— Видишь, ты уже и слова такого не знаешь. А тогда его знали все. Страна сидела у телевизоров. Они еще были старые, советские — большие деревянные коробки, часто с черно-белой картинкой. А на экране мерцал такой загадочный мистический мужчина. Телегипнотизер. Давал установку или заряжал воду…
— Как заряжал? — спросил Иван.
— Ну вот прямо так и заряжал. Говорил, поставьте бутылку с водой возле телевизора, и будет вам от нее счастье.
— И что, люди верили?
— И тогда верили, — вздохнул Акинфий Иванович, — и сейчас верят. Только сегодня мозги вправляют по-другому, через тренинги, всякие коучинги, семинары и особенно это, книги про путь к успеху. И поэтому люди думают, что раньше все были глупые, а теперь они умные. И типа к успеху идут. А им просто так воду заряжают.
На лице Тимофея появилась ухмылка.
— Кто заряжает? — спросил он.
— Гипнотизеры по продажам, кто, — ответил Акинфий Иванович. — Только они в интернет перелезли.
— А телегипнотизеры и экстрасенсы — это одно и то же? — спросил Иван.
Акинфий Иванович поглядел на него и улыбнулся.
— Какой же ты еще молодой, — сказал он. — Для простоты можно считать, что да. Но есть нюансы. Телегипнотизер — это экстрасенс национального масштаба. Если посадить перед камерой экстрасенса, получим телегипнотизера. Так понятно?
— Понятно.
— Но я таким, конечно, не был, — продолжал Акинфий Иванович. — О телевидении я даже не мечтал — тут связи нужны, таланты… А у меня данные для этого бизнеса были довольно средние — вот разве медицинское образование пригодилось, чтобы грамотно лапшу фасовать. И все.
— А какие данные нужны экстрасенсу? — спросил Иван.
— Надо ауру видеть, — ответил Валентин.
— Биополе чувствовать, — добавил Тимофей.
— Надо, чтобы чакры были открыты, — немного подумав, сказал Андрон.
— Я гляжу, вы и без меня в теме, — засмеялся Акинфий Иванович. — Но это все не главное. Главное — уверенность в себе. И такой… как бы сказать… перевернутый масштаб восприятия. Как у актеров, политиков и всяких шоуменов.
— Это что такое?
— Ну, — наморщился Акинфий Иванович, — надо, чтобы человек смотрел на мир как в перевернутый бинокль. Вокруг бегают мелкие пигмеи, а он типа титан. Если человек действительно так себя чувствует, его и другие начинают таким ощущать.
— А притвориться можно?
— Нет, — ответил Акинфий Иванович. — Притвориться титаном нельзя. В свое величие надо свято верить, а у меня именно с этим и была главная проблема. Все эти манипуляции с биополем я, конечно, освоил. Как воду заряжать и порчу снимать, тоже знал. Даже ставил защиту от злобных духов — «астральную крышу», как тогда говорили. Это я у одного бурята научился, такая сокращенная версия их религиозной ганапуджи. В общем, стандартный набор того времени.
— Сами-то вы в свою науку верили? — спросил Тимофей.
Акинфий Иванович усмехнулся.
— Как тебе сказать… Вот когда Ельцин был членом Политбюро, его спрашивали, верит он в коммунизм или нет. Он отвечал так — верю как в прекрасную мечту и идеал. Но решать, товарищи, надо назревшие практические вопросы… А был при этом одним из главных советских коммунистов. Тоже своего рода телегипнотизер. Вот и я похоже к вопросу подходил. Понятно?
Тимофей кивнул.
— Только не подумайте, — продолжал Акинфий Иванович, — что я был обманщик и вредитель. На самом деле я людям скорее помогал. Вы про «эффект плацебо» слышали?
— Конечно, — сказал Андрон. — Это когда вместо лекарства дают пустышку.
